Автор
Я часто думаю о том утро, когда пришло первое неизвестное письмо. Его привезли перед завтраком. На первый взгляд это обычное местное письмо с отпечатанным адресом. Я первым развернул его, не обращая внимания на другие письма с лондонскими штемпелями — счет и другое сообщение казались менее важными....
И ясно, что она никуда не выходила, поскольку она была в чепчике и переднике, когда нашли ее тело.
– Я полагаю, вы можете приблизительно определить время ее смерти?
– Доктор Гриффитс не захотел компрометировать себя излишней точностью. Между двумя часами и половиной пятого – таково официальное медицинское заключение.
– Как ее убили?
– Сначала ее оглушили ударом по затылку. После этого обычный кухонный вертел, очень остро заточенный, вонзили в основание черепа, мгновенно убив ее.
Я раскурил сигарету. Это не было приятной картиной.
– Очаровательное хладнокровие, – сказал я.
– О да, это очень характерно.
Я глубоко вздохнул.
– Кто это сделал? – пробормотал я. – И зачем?
– Я не думаю, – медленно сказал Нэш, – что мы когда-либо узнаем совершенно точно – почему. Но мы можем догадываться.
– Она что-то знала?
– Она что-то знала.
– Она никому здесь не намекнула ни о чем?
– Насколько я мог выяснить, нет. Повариха говорит, что девушка была расстроена со дня смерти миссис Симмингтон, и, по словам этой Розы, она все сильнее и сильнее о чем-то беспокоилась и часто повторяла, что не знает, что она должна делать.
Нэш раздраженно хмыкнул:
– Это частенько бывает. Они не хотят идти к нам. Они не хотят «быть замешанными в полицейские дела», это глубоко засевшее предубеждение. Если бы она пришла и рассказала о том, что ее тревожит, она бы сегодня была жива.
– Неужели она ни о чем не намекнула товарке?
– Нет. Роза так говорит, и я склонен ей верить. Потому что, если бы Агнес что-то сказала, Роза уж разболтала бы это мгновенно, да еще бы и от себя немало добавила.
– Это с ума свести может, – сказал я. – Ничего не знать…
– Мы можем только гадать, мистер Бартон. Начнем с того, что это должно быть нечто совершенно простое. Это должно быть нечто такое, о чем вы постоянно размышляете, и в то время как вы об этом размышляете, ваша тревога растет. Вы понимаете, что я имею в виду?
– Да.
– Теперь, думаю, я знаю, что это было.
Я взглянул на него с уважением:
– Неплохая работа, лейтенант.
– Ну, видите ли, мистер Бартон, я знаю кое-что такое, чего вы не знаете. Предполагалось, что в тот день, когда миссис Симмингтон покончила с собой, обеих служанок не было дома. У них был выходной. Но в действительности Агнес вернулась домой.
– Вы точно знаете?
– Да. У Агнес есть кавалер – молодой Рэнделл из рыбной лавки. В среду они закрываются рано, и парень отправлялся на свидание с Агнес, они шли гулять или в кино, если шел дождь.
