Автор
Я часто думаю о том утро, когда пришло первое неизвестное письмо. Его привезли перед завтраком. На первый взгляд это обычное местное письмо с отпечатанным адресом. Я первым развернул его, не обращая внимания на другие письма с лондонскими штемпелями — счет и другое сообщение казались менее важными.
От Пауля, я думаю.
– А?
Она помолчала с минуту, потом сказала:
– Я же понятия не имела, Джерри, чем доктора занимаются. Ну и нервы у них должны быть!
Я сходил в холл и принес Джоанне письмо. Она вскрыла его, глянула небрежно на текст и отложила.
– Он был… в самом деле… просто прекрасен! Это дело, которое он выбрал… в этом деле его никто не превзойдет! Он был груб и ужасен со мной – но он был прекрасен!
Я с удовольствием отметил пренебрежение к письму. Очевидно, Джоанна излечилась от Пауля.
Все всегда происходит неожиданно.
Я был поглощен делами Джоанны и своими собственными и весьма смутился на следующее утро, когда в телефонной трубке раздался голос Нэша:
– Мы поймали ее, мистер Бартон!
Я был так поражен, что чуть не выронил трубку.
– Вы хотите сказать…
Он перебил:
– Вас там не могут подслушать?
– Нет, думаю, нет… Ну, может быть…
Мне показалось, что тяжелая кухонная дверь чуть качнулась, приоткрываясь.
– Может быть, вы бы лучше приехали в участок?
– Да. Я сейчас буду.
Я появился в полицейском участке, по-моему, уже в следующее мгновение. Во внутреннем помещении сидели Нэш и сержант Паркинс. Нэш лучился улыбкой.
– Это была долгая погоня, – сказал он. – Но она подошла к концу.
Он перебросил через стол письмо. В этот раз оно целиком было отпечатано на машинке. Было оно – для писем такого рода – довольно мягким.
«Бесполезно надеяться, что вам удастся надеть башмаки усопшей. Весь город смеется над вами. Уезжайте немедленно. Потом может оказаться слишком поздно. Это предупреждение. Помните, что случилось с той, другой девушкой. Уезжайте и не возвращайтесь…»
Заканчивалось письмо несколькими сдержанными ругательствами.
– Оно пришло утром мисс Холланд, – сказал Нэш.
– Забавно думать, что до сих пор она ни одного не получила, – сказал сержант Паркинс.
– Кто его написал? – спросил я.
Восторг поблек на лице Нэша. Лейтенант вдруг стал выглядеть усталым и озабоченным.
Он сказал спокойно:
– Мне очень жаль, потому что это будет тяжелым ударом для порядочного человека. Возможно, правда, что он уже сам кое-что подозревает.
– Кто его написал? – повторил я.
– Мисс Айми Гриффитс.
Нэш и Паркинс, с ордером, днем отправились в дом Гриффитса.
По приглашению Нэша я пошел с ними.
– Доктор, – сказал Нэш, – очень вас любит. У него здесь немного друзей. Я думаю, что если это для вас не слишком мучительно, то вы могли бы помочь ему справиться с потрясением.
Я сказал, что пойду.
