И уже не нам, а исключительно жене:
– Вспомни, как реагировали твои подружки, когда стало известно о твоём даре? Та же леди Дафна. Как она себя вела?
Элва внезапно смутилась и даже глаза опустила, но решила поспорить:
– Это были эмоции, Джисп. Она не стремилась…
– Разумеется, не стремилась, – перебил лорд. В голосе прозвучала ирония. – И нападка на Айрин – чистая случайность. Дафна вообще святая."
"Маркиза поджала губы и не ответила, а я в полное недоумение впала.
Дафна пыталась уязвить леди Элву? То есть позавидовала? Но чему?
– Чему тут завидовать? – спросила я.
– Ну как… Люди с Древней кровью – негласная элита, – озвучил и без того очевидное Джисперт.
– Точнее, элита из элит, – встрял Осберт. – Лучшие из лучших.
Я непроизвольно поморщилась – увы, но мне такая «элитарность» была непонятна. Ведь высокий статус должен давать какие-то привилегии, а у обладателей Древней крови привилегий нет.
Эту мысль я тоже озвучила и тут же поймала снисходительную улыбку…
– Да, ощутимых привилегий нет, – подтвердил маркиз. – Но обладание Древней кровью всё-таки несёт в себе некоторые плюсы.
– Вы говорите о магии? – спросила я.
– О магической составляющей дара, – поправил лорд Джисперт.
Я кивнула. Всё верно, приравнивать Древнюю кровь к магическому дару – неправильно. Это не магия, но некоторые элементы магии она в себе всё-таки несёт. О том, какую «сверхспособность» получила я сама, судить было сложно – кровь запечатали раньше, чем она вошла в полную силу, однако тот случай с портретом леди Дафны давал некоторое представление…
Впрочем, речь не обо мне. У меня Древней крови как бы нет.
– Это Древняя кровь наделила Идгарда огромным резервом? – уточнила я.
– Да, – ответил Джисперт. – И способность Элвы заглядывать в будущее с помощью игральных карт тоже не с потолка взялась.
Я невольно потянулась к бокалу с вином. Это что же получается, слова про темноволосую девушку – правда? Хотя… какая разница? То предсказание точно не обо мне. Вот не обо мне, и всё.
На несколько минут за столом воцарилась тишина – представители благородного семейства, и я вместе с ними, отвлеклись на остывающие праздничные блюда. Рядом скрипуче пел патефон, вокруг всё так же мерцали бесчисленные магические фонарики, а в воздухе разливался аромат хвои.
Атмосфера была по-настоящему праздничной, и портить её глупыми разговорами совершенно не хотелось.