Автор
Весна сбрасывает последние листочки с деревьев и вдруг становится жаркой осенью. Но вот уже на небе заселила серая пасмурность, словно забыв про весеннее солнце. Канкан на поминках ведет нас к этим неожиданным природным шокам и внутренним перепадам, где холодные дожди смешиваются со слезами и радостью, а тени ночных злодеев расстилаются над живописными местами.
– Пока это здоровый…
– Именно пока, – бурчал Андрей, – брат Лидиной матери заболел в четырнадцать лет.
– Пубертатный возраст способствует развитию заболеваний, – пробормотал Шнеерзон, – такое, конечно, случается, но редко, поверьте моему пятидесятилетнему опыту, ваш сын…
– Вот что, доктор, – перебил Андрей, – мальчик нам не нужен. Помогать нам некому, особых денег нет, Лидка поет в ресторанах, я гроши приношу. А с инвалидом придется жене дома сидеть, с голода подохнешь!
– Но он здоров!
– Пока! Дорастим до четырнадцати лет и – пожалуйте, инвалид на руках.
– Но…
– Разговор окончен.
– Но зачем она рожала, почему не сделала аборт?"
"Андрей хмыкнул:
– Я детей люблю и хочу их иметь, но только девочек.
– Женщина – носительница дефектного гена!
– Плевать, сама-то здорова! Инвалид мне не нужен!
Шнеерзон смотрел на Салтыкова во все глаза, Андрей спокойно пояснил:
– У Лидии в животе могла быть дочь? Ну зачем же аборт делать?!
В шестидесятом году на вооружении медиков еще не было аппарата для ультразвукового исследования, и пол ребенка акушер узнавал только после появления младенца на свет.
– Значит, всем все понятно? – спросил Салтыков и, не дожидаясь ответа, вышел.
– … – рявкнул всегда корректный и подчеркнуто вежливый Шнеерзон. – Извините, Зиночка, по-другому не сказать.
– Разделяю ваше мнение, – прошептала педиатр, – ребенок ведь здоров.
– Ну, насчет подросткового возраста этот мерзавец прав, – вздохнул Самуил Михайлович, – хотя гемофилию, как правило, видно сразу, но описаны случаи, когда она поднимает голову в пубертат. Обязательно четко укажите в карточке мальчика причину отказа. Так и запишите: семейная гемофилия.
Зиночка выполнила указание начальника, но первого «своего» малыша никак не могла забыть, мальчик просто стоял перед глазами. Однажды Зиночка под каким-то предлогом напросилась в дом малютки номер 148, куда поступали отказные дети из их клиники. Очень уж ей хотелось узнать, что с мальчиком.
Директриса обрадовала доктора. Младенца взяла семейная пара. Приемных родителей предупредили об угрозе заболевания, но те отмахнулись:
– Чему быть, того не миновать, – и забрали мальчика. Будущая его мать очень плакала, у нее несколько месяцев назад умер малыш.
Зинаида Самуиловна успокоилась и начала уже забывать эту историю, но она неожиданно получила продолжение.
Заступая на очередное дежурство и просматривая карточки поступивших ночью будущих мамаш, педиатр похолодела. «Лидия Салтыкова» – стояло на одной.
