Автор
Весна сбрасывает последние листочки с деревьев и вдруг становится жаркой осенью. Но вот уже на небе заселила серая пасмурность, словно забыв про весеннее солнце. Канкан на поминках ведет нас к этим неожиданным природным шокам и внутренним перепадам, где холодные дожди смешиваются со слезами и радостью, а тени ночных злодеев расстилаются над живописными местами....
– Это все?
– Да, – буркнул мужик, идя к лифту.
– Двести долларов за одну минуту работы?
– Дама, – сказал мастер, входя в лифт, – я же не интересовался, зачем вы в эту квартиру лезете…
– Живу здесь!
– Ой, расскажите, цветы золотые, – хмыкнул слесарь и уехал.
Я осторожно вошла в полутемный холл, внимательно осмотрела замок и, обнаружив, что он легко открывается изнутри без ключа, заперла дверь.
Квартира поражала великолепием. В холле кожаные диваны, хрустальная люстра и картины в тяжелых бронзовых рамах.
Следующее помещение служило кабинетом. Огромный письменный стол, компьютер и целая стена из шкафов, закрытых дверцами в рост человека. Я порылась в ящиках стола – никакого намека на бумаги, только горы дисков с «игрушками». Может, в гардеробе?
Я резко дернула дверцу, та уехала вбок, перед глазами оказались не книги на полках, а одежда на палках.
В самом дальнем углу, прижавшись к стене, стоял Володя Костин.
«Спокойно, Лампа, – сказала я сама себе, – не нервничай, ты уже несколько раз видела Вовку, один раз во сне, другой раз в переходе у ГУМа… Просто опять пришел глюк».
Вновь раздвинув костюмы, я уставилась на майора. Тот неожиданно сказал:
– Лампа, только не ори и не вздумай падать в обморок, тихонечко сядь в кресло!
Так, теперь мои галлюцинации пытаются общаться с хозяйкой и даже раздают указания.
– Главное, спокойствие, – вещал призрак, выходя из шкафа, – вот молодец, сидишь смирно. Мишка, иди сюда!"
"Соседняя дверца отодвинулась, и наружу вылез Козлов.
– С твоей стороны, Лампудель, – сердито сказал он, – было просто отвратительно плевать на стекло.
