Автор
Бесстрашный воин Диего Алатристе, прозванный капитаном, живет в мире испанской ярости и борьбы за честь. Он участвует в схватках с инквизицией и отвоевывает богатства, стремясь к славе. Между ним и его друзьями разворачивается напряженная игра на поле судьбы.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Капитан Алатристе. Чистая кровь. Испанская ярость. Золото короля» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Бесстрашный воин Диего Алатристе, прозванный капитаном, живет в мире испанской ярости и борьбы за честь. Он участвует в схватках с инквизицией и отвоевывает богатства, стремясь к славе. Между ним и его друзьями разворачивается напряженная игра на поле судьбы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бесстрашный воин Диего Алатристе, прозванный капитаном, живет в мире испанской ярости и борьбы за честь. Он участвует в схватках с инквизицией и отвоевывает богатства, стремясь к славе. Между ним и его друзьями разворачивается напряженная игра на поле судьбы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Капитан молча продолжал рассматривать меня, и, поскольку пытливость эта не была окрашена чем-либо еще, мне в конце концов даже стало неловко: я ведь ждал похвалы, душевной улыбки, слов одобрения – все же я вел себя как настоящий мужчина. И потому меня как-то обескуражил этот изучающий и, по обыкновению, невозмутимый взгляд, неизвестно что выражающий. Не удавалось мне угадать, какие именно чувства – или полное их отсутствие – таятся в нем. Не удавалось и никогда не удалось, хотя по прошествии многих лет, когда был уже более чем взрослым, обнаружил я – ну или мне это показалось, – что и сам смотрю именно таким взглядом.
В беспокойстве я решил как-нибудь да нарушить нестерпимо тягостную тишину. И хоть все тело ныло, выпрямился, пристегнул к поясу трофейную шпагу и обратился к хозяину:
– Пойду, пожалуй, промыслю чего-нибудь?
Багровые сполохи играли на лице Алатристе. Помедлив несколько мгновений, он ответил мне молча: кивнул – иди, мол. И долго смотрел вслед, когда я, предшествуемый своей тенью, двинулся прочь.
Проникавшие через окно отблески огня освещали стены красным. В комнате все было вверх дном – мебель переломана, шторы сорваны, ящики вывернуты. Осколки и черепки похрустывали под ногами, покуда я бродил по дому, отыскивая кладовую или чулан, до которых не добрались удалые наши ребята. Помню, какое уныние наводило это разграбленное, погруженное в полумрак жилище, лишившееся тех, кто одушевлял и согревал его; этот разоренный, опустошенный и запустелый дом, где прежде, без сомнения, раздавался смех ребенка, звучали нежные слова. И мало-помалу любопытство постороннего, без спросу вторгшегося в запретное пространство чужой жизни, уступило место скорби, нараставшей с каждой минутой. Мне вспомнился родной дом в Оньяте, представилось, что война и его разорила, а мать и сестер, чтобы хуже не было, заставила бежать. Представилось, как ходит по комнатам какой-нибудь юный чужеземец, созерцая разбросанные по полу обгорелые обломки – жалкие останки наших жизней, наших воспоминаний. Со столь свойственным солдатам себялюбием я порадовался, что нахожусь не в Испании, а во Фландрии. Ибо честью вас уверяю, господа: в таком деле, как война, неизменным утешением служит мысль о том, что страдают чужие, и завидной представляется участь тех, у кого никого нет в целом мире и кому, кроме собственной шкуры, ни жалеть, ни терять нечего.
Не найдя ничего заслуживающего внимания, я справил малую нужду у стены и уже собрался выйти наружу, как вдруг непонятный звук приковал меня к месту. Я замер, прислушиваясь, и вот он повторился – еле уловимый стон, протяжный и жалобный, доносился из узкого прохода, заваленного всяким хламом и мусором.
