Жанр
Генри и его спутники спешат в столицу, но суровая зима застаёт их в пути. Вынужденная стоянка посреди ледяной пустыни становится испытанием, которое проверит их волю, мужество и верность друг другу перед лицом неумолимой природы.
Человек, привязанный к стулу, растворился в воздухе прямо у тебя на глазах, а тебе потом объяснять, почему его нет на месте, куда он делся и где в тот момент пребывал ты. Причём, объяснять человеку, неискушенному в магии.
— Боюсь ты обрёк парня на весьма суровую кару, — хмыкнул я, подходя к капитану, — Шансов найти старика у него попросту нет. Как и его дочку.
— Это почему? — недоуменно уставился на меня Бернард, — Вряд-ли они могли далеко уйти. Либо прячутся где-то в доме, либо сбежали через какой-нибудь чёрный ход. В любом случае — они должны были наследить, и по этим следам…
— Никого выследить не получится, — покачал головой я, — Потому, как следов никаких не будет. Некому их оставлять.
— Тоесть… — от удивления брови капитана неторопливо поползли на лоб.
— Не было ни старика, ни дочки, ни мешка с инструментами, ни амулета, который нашёл Вернон, — я пожал плечами и тоже пошёл в сторону дома. Перспектива обсуждать всё произошедшее на холодном зимнем ветру мне как-то совсем не улыбалась, — Всё, что мы видели, было очень мощной и тщательно продуманной иллюзией. Иллюзией, которая подпитывалась магической энергией от тотема, выстроенного за кузницей.
— Тоесть, ты хочешь сказать… — капитан захлопнул за нами дверь и кивнул в сторону стола, мол, присаживайтесь, разговор ожидается долгий и обстоятельный, — Что нас кто-то обвёл вокруг пальца. Все тридцать человек видели один и тот же морок, но никто ничего не заподозрил.
— Иллюзии немного не так работают, — возразил Вернон, усаживаясь на один из табуретов, — Они, как бы это точнее сказать то… Не влияют непосредственно на разум людей. Такое присуще больше ментальной магии, а она в свою очередь работает с одной конкретной целью. Мощная иллюзия же преобразует магическую энергию в предмет материальной, или полуматериальной формы.
— А можно по-человечески это объяснить, — перебил Альберт лекаря, — А то оно как-то уж слишком заумно у тебя выходит.
— Говоря проще, — Вернон откупорил фляжку и налил в деревянную кружку дешёвого фруктового вина, — Ты вполне можешь потрогать такую иллюзию и не понять, что это обман. Она имеет вес, имеет чёткую форму и фактуру, характерную для материала, который она изображает.
— Фак… что? — со словарным запасом у здоровяка было, похоже, довольно плохо. Впрочем, учитывая, что мы по большому счёту общаемся сейчас с обычным средневековым кметом, который даже не умеет читать, оно и неудивительно.
