В хладном саронском шторме летит ла-полиция Дзагоев, и несмотря на его застарелый запах, он вызывает уважение своей уверенностью и независимостью. Его приближение внушает трепет — как старая хижина, которую каждый желающий может разбить с легкостью. Внутри капитана Валара таится загадка, а его промозгливое путешествие по островам открывает черты, которые могут заставить сердца дрожать и мозги сводить от напряжения....
Начальник управления был в курсе даже этого. И против привлечения меня в другую, как он сказал, неформальную организацию, откровенно не возражает. Должно быть, понимает необходимость ее деятельности.
– В худшем случае, товарищ полковник, понятно. А в лучшем?
– В лучшем, если чувствуешь в себе силы и если есть такая возможность... Формулировку знаешь. Это стандарт: найти и уничтожить... Много их там быть не может, от силы три-четыре человека. Тебя они не особо боятся – считают, что ты после госпиталя не восстановился.
Я подождал. Десять секунд в моей ситуации решить ничего не могли. Полковник разговаривал с кем-то чуть дольше. Потом сказал довольно:
– Ну, вот... Человек, который тебе представился генералом, на самом деле только подполковник внутренней службы.
– Работать, товарищ полковник.
– Хорошо, – буднично одобрил начальник управления, словно отправлял меня попить кофе в компании ментов и обсудить совместные действия на ближайшее десятилетие. – Вернешься, доложи...
Глава третья
А вообще мне нравится лексикон, обычно принятый в спецназе ГРУ. Все без эмоций и без высокой патетики. Работать – это самое емкое понятие и одновременно самая объективная оценка сложности задачи.
