Автор
В одном углу зала тихо обрушивается битва разума и гнева: один человек несет смертельную угрозу, а другой отчаянно пытается сохранить привычное равновесие. Его взгляд острый как нож, а сердце — холодное стекло. Но сейчас стоит все на коне, и это последний шанс заставить говорящего молчать окончательными словами....
Подняла глаза, снова желая скривиться, так он меня сейчас бесил.
Я не могла не оценить иронию судьбы — именно от предложения Сафронова подвезти отказалась в тот вечер, когда с Феликсом познакомилась.
Должно уже отпустить, но не отпускало. Так и щемило сердце каждый раз, когда вспоминала о нем. Интересно, а он хоть иногда думает обо мне?
— Я на работу опаздываю, — аккуратно вырвала руку, не желая слышать очередного предложения поужинать вместе. Развернулась и направилась к центральному входу.
Скорее бы в родную хирургию, тем более что Маринка, моя любимая подружка, сегодня из отпуска выходит.
— Ой! — остановилась и потерла лоб, поднимая глаза и только сейчас понимая, что слишком уж ушла в себя.
— Что-то вы, Анжелика Сергеевна, грустная, — Виктор Михайлович, заведующий психиатрией, посмотрел на меня так, как будто я уже была его пациентом. — С вами все в порядке?
— Не выспалась, — выдавила из себя улыбку, чтобы не бросаться в обществе психиатра громким словом «депрессия».
Угораздило же меня из сотни (если не больше) сотрудников областной больницы столкнуться именно с Виктором Михайловичем. Как бы и вправду в ближайшее время не стать его постоянным пациентом с такой-то кислой физиономией."
"— Ну-ну, — психиатр, кажется, не впечатлился ни моей улыбкой, ни враньем. Нахмурился, еще раз заглянул в глаза и выдал: — Будут проблемы, милости просим в гости.
Только этого мне не хватало для полного счастья.
В комнате отдыха закрыла шкафчик, застегнула халат и, тряхнув головой, бодро пошла по коридору в сторону ординаторской. Я как обычно пришла раньше, чтобы потом на бегу не вникать в истории болезней новых пациентов.
У дежурного хирурга, кажется, выдалась веселая ночка. И нет, веселая без кавычек. Видимо, даже в приемное не вызывали, потому что Василий спал без задних ног на кушетке, распространяя легкий запах коньяка.
Черт! Запах простимулировал очередные воспоминания. Ну почему пациенты не принесли виски, текилу или, наконец, ром? Почему коньяк?!
Громко хлопнув дверью, выдавая под нос парочку нелицеприятных выражений, я снова вышла в коридор с одной новой историей под мышкой.
И как прикажете лечить пациентов в таком взвинченном состоянии? Такое чувство, что сегодня метеорит на Землю свалится.
