Он живет на Кривенайте, с женой, с детьми…
Даша тоскливо вздохнула про себя, прилежно занося в протокол всю эту совершенно ненужную белиберду. Пока не привезут Ксану, ни за что не продвинешься дальше – в квартире его отпечатков не зафиксировано, только на автомате, опять начнется сказка про белого бычка… Может, и в самом деле сунуть его в соответственно подготовленную камеру, а потом вовремя вытащить? Ну, а если он там кому-нибудь шею приемчиком сломает? Скандал выйдет до небес… А главное, пакостные предчувствия так и висят в воздухе, словно неуловимая тяжесть на душе, иногда подступающая перед грозой…
– Интересно, что вас с Шумковым связывает?
– Интерес к истории, – пожал он плечами.
– А вам не кажется, что Шумков этот интерес доводит до абсурда? Деликатно выражаясь?
– Это его проблемы, разве нет?
– Если взглянуть с точки…
Она обернулась на стук бесцеремонно распахнутой двери – со вспыхнувшей мгновенно надеждой. Костя Гукасов, однако, не походил на вестника победы, скорее, наоборот. После разрешающего кивка Даши он подошел и сунул ей листок из блокнота, старательно загородив его спиной от майора. Даша мгновенно схватила взглядом две строчки, нацарапанные торопливо, размашисто:
«В психушке умерла Беклемишева, уже закоченела, когда они там почесались…»
– Там Вермуш, – сказал Костя. – Лазаревича на всякий случай привлечь?
– Валяй, – мертвым голосом сказала Даша. – Иди…
Итак, умерла Женечка – которую так и не смогли допросить по всем правилам. А посему идиотские мысли майора Шевчук так и остаются идиотскими мыслями… Это что же сейчас начнется, когда узнает Бек…
Она так и не успела переключиться на майора, смотревшего по-прежнему с вызовом. Зазвонил телефон. «Не может же случиться так, чтобы два раза подряд…», – подумала она, снимая трубку.
– Дарья Андреевна? Это Галахов. Зайдите ко мне, пожалуйста, немедленно. И позаботьтесь, чтобы ваш… задержанный, пока вы у меня будете находиться, сидел в моей приемной. Вам все понятно?
– Так точно, – сказала она сухо.
Глава семнадцатая
Беседы не вполне светские
Ей ни с того, ни с сего вспомнилась шуточка, слышанная в Минске позапрошлой осенью: «Компания была не велика, але бардзо пожондна[8] – пан аптекарь, пан директор, золотарь, две курвы и я…»
Вот бы повторить вслух – но, увы, сие решительно невозможно, останемся взрослыми людьми…
Присутствовали: один майор (Даша), Чегодаев, согласно табели о рангах носивший звание, приравненное к подполковнику юстиции, а также целых четыре полковника: Галахов, Кобликов с Черского, военный прокурор с какой-то длинной фамилией и, наконец, былой Дашин собутыльник Волхович.