В приёмной ректората тихо, но напряженно. Строгая женщина средних лет подбирает бумаги, и я внушительно прошу помочь. Алиша Стрэндж вежливо докладывает о своём назначении — к ректору Вольфруму. Меня принимают с явной радостью - здесь как бы никто не ждёт такого чести.
— В морге следственного ведомства? Почему не на кладбище? — спросил Фредерик, ни капли не теряясь.
Похоже, он просто не верит в Бога… или у него предвзятое отношение к священникам.
— Довольно, — сухо осадил Фист. — Святой Отец, был рад повидаться, — поклонился и повернулся к нам. — Вы оба… заходите.
Мысленно выдохнула, ощущая, как взмокли ладони от напряжения. По дороге, мы успели обсудить версию того, почему оба оказались в доме вдовы, и что там искали, решив не рассказывать о находке, но я всё равно нервничала.
Мне не хотелось обманывать Фиста, хотелось ему верить, как верю, например, Фредерику, но этой веры нет и приходится идти на обман. И ещё больше я боюсь ошибиться. Во всём…
Глава 9
— Присаживайтесь, — Фист коротким взмахом руки указал на деревянные кресла, стоящие напротив его письменного стола.
Кажется, беспорядок на рабочем месте нечто свойственное главному дознавателю.
Я отложила на полки стеллажа папки со своего кресла, и присела, сложив ладони на коленях.
— Утро, простите, — пробормотал он, но явно не испытывал чувства вины по поводу своей чрезмерной занятости.
— И я, — хмыкнула, бросив короткий взгляд на Фредерика.
Стоит признать, моё хорошее самочувствие связано с ним. Он вполне мог отвезти меня в лечебницу, либо вызвать служителей порядка и уйти с чувством выполненного долга. А он привёз к себе, вызвал лекаря, накормил и оставил у себя.
“А ещё этот мужчина поцеловал тебя”, — напомнил язвительно внутренний голос.
Будто я не понимаю, что это странное дело становится для меня слишком личным."
"— Как прошёл обыск дома Моррея? Нашли что-нибудь занимательное? — дознаватель ухмыльнулся, прямо глядя в глаза ректора.
Ни один мускул не дрогнул на лице Фредерика. Он небрежно пожал плечами.
— Помнится, мы уже поднимали эту тему вчера. За ночь ничего не изменилось.
— Понятно, — задумчиво протянул Фист, барабаня пальцами по деревянной столешнице. — Если всё-таки что-то нашли, то лучше спрячьте это.
Слова Фиста прозвучали зловеще. Намёк и предупреждение в его голосе не различил бы только младенец.
Однако, и здесь Фредерик остался невозмутим. В принципе, как и я.
— Меня больше тревожат ваши действия в отношении дела о смерти моего друга, — строго произнёс ректор, выпрямившись в кресле, словно в намерении идти в атаку.
