В кабинете полыхает искры, когда ты трешь зажигалку — но в другом мире Джо не нуждается в помощи от тьмы. Николаса Тропа уже осмотрел поставщиков собственными глазами, утверждая бизнес под свой контроль. Теперь тебе предстоит взять на себя руководство, решая, каким путем продвигаться дальше. Правда, не все знают, что править кланом — это искусство, требующее осторожности и мудрости....
Она ласкала себя так, как будто меня и рядом не было. Я проследил взглядом за ее рукой и шумно вдохнул воздух, увидев, КАК она облизала свои пальчики и скользнула ими под шелк трусиков, слегка раздвинув стройные ноги. Эротично… Это было сногсшибательно наблюдать за ней. Представлять, что это я сейчас так нежно касаюсь ее. Я кожей чувствовал, каким густым стал воздух вокруг нас. А Марианна продолжала себя трогать, сладко постанывая. Ее ресницы дрожали, а рот приоткрылся и мне хотелось пить ее стоны. Я видел, как покраснела бледная кожа, а сама она тяжело и прерывисто дышала, глядя на меня из-под опущенных ресниц.
— Продолжай, — голос сорвался, — Медленнее, нежнее.
И она не посмела ослушаться. Все так же не открывая глаз, Марианна дотронулась до клитора и вздрогнула.
— Твою мать, Марианна.
Я поднял взгляд и увидел, как она прикусила нижнюю губу. Тогда я еще не знал, что эта картина будет часто являться мне в воспоминаниях: моя жена, раскрасневшаяся, лежащая на спине, с искусанными губами и прикрытыми глазами… ласкающая себя и невыносимо сексуально постанывающая.
Я не выдержал рванул кружево трусиков, чтобы видеть, как ее пальцы исчезают в розовой плоти и блестят от влаги. Хрипло застонав, наклонил голову и коснулся ее лона языком, Марианна тут же схватила меня за волосы, громко вскрикнула. Я сам проник в нее средним пальцем на всю длину и ощутил, как ритмично она сокращается вокруг него, услышал ее резкий крик, но не дал сомкнуть колени, продолжая ласкать ее пальцем и языком одновременно.
"Когда последняя судорога стихла, она открыла глаза и, приподняв голову, посмотрела на меня с томной улыбкой. Я же снова наклонил голову и стал ее облизывать. Я чувствовал на своем языке ее вкус — самый сладкий сок на свете. Член уже буквально молил о разрядке. Десны пекло, температура тела зашкаливала.
