В кабинете полыхает искры, когда ты трешь зажигалку — но в другом мире Джо не нуждается в помощи от тьмы. Николаса Тропа уже осмотрел поставщиков собственными глазами, утверждая бизнес под свой контроль. Теперь тебе предстоит взять на себя руководство, решая, каким путем продвигаться дальше. Правда, не все знают, что править кланом — это искусство, требующее осторожности и мудрости....
Если хочешь, — провел рукой по щеке, — я могу уехать и приехать в назначенное время. Хочешь?"
"Она недовольно поморщилась и бросила на меня сердитый взгляд:
— Я изголодалась по тебе, а ты бессовестно меня дразнишь. Мысли о тебе сводили меня с ума всю неделю.
— Нет, малыш, я не дразню, — я склонился над ее лицом так низко, что между нашими губами осталось расстояние в миллиметр, — я всего лишь проверяю, насколько сильно ты хотела меня всю эту неделю.
Она судорожно вздохнула и еле слышно выдохнула:
— Безумно.
Провел языком по ее губам и шепотом произнес:
— Слова ничего не значат, Марианна. Они пусты. Покажи мне, насколько ты ""изголодалась"" по мне. Заставь поверить, малыш.
Она сделала медленный вдох и начала осторожно расстегивать мою рубашку, касаясь кончиками пальцев обнаженной груди, посылая по всему телу искры удовольствия. Низ живота опалило жаром, а ведь это пока еще вполне невинные прикосновения. От нетерпения и желания большего свело скулы.
— Я покажу… сегодня я тебя сведу с ума, — она облизала губы кончиком языка и взялась за кожаный ремень, не отрывая взгляда от моего лица.
Дерзкая девчонка. Надеется обыграть меня в моей же игре. Нет, милая, сегодня мы играем по моим правилам. Впрочем, как и всегда. Я перехватил ее запястье и резко привлек к себе. Посмотрел в затуманенные сиреневые глаза:
— Нет, малыш, так не пойдет. Это слишком просто для тебя. Я желаю, чтобы ты озвучивала каждое свое действие.
Чуть с ума не сошел, услышав, как быстро забилось ее сердце.
— Я хочу, чтобы ты сначала произносила, что хочешь сделать со мной, а потом делала.
И, чтобы поощрить и раздразнить, я с силой ее поцеловал, прикусив верхнюю губу. Твою мать. Наверное, я никогда не привыкну к опьяняющему вкусу крови моей женщины. Она застонала, притянув меня к себе за ремень. Зализав ранку, оттолкнул ее от себя:
— Я жду.
Марианна вдернула подбородок и тихо, невыносимо томно, прошептала:
— Я стану перед тобой на колени и буду ласкать тебя, пока ты не прикажешь остановиться.
Проклятье. Кровь забурлила в венах и помчалась вниз. Яйца сжались. А член в брюках моментально затвердел. Хрипло прошептал:
— Как? Как ты будешь ласкать меня, Марианна?
Она опустилась передо мной на колени и посмотрела мне в глаза. Такая нежная, прекрасная, с лицом невинного ангела.
