Ты убил во мне все. Отдай хоть собакам на улице.
— Плевать? — я снова ударил ее, и на этот раз вздрогнул, увидев блеснувшие в глазах слезы, но уже не мог остановиться. Ее слова сорвали все планки, и я уже не сдерживал чудовище внутри себя — я выпустил его на волю. Похотливого, жадного до боли зверя, готового разорвать ее. — Тебе наплевать, кто будет тебя иметь? Как впрочем и обычной шлюхе. Тогда первым у нашей высокородной потаскухи буду я.
Задрал подол юбки и схватил рукой трусики.
— И, да, малыш, ты сама меня захочешь.
Быстрым движением разорвал на ней белье, с легкостью преодолевая неистовое сопротивление, и резко ввел в лоно палец. Марианна уже была влажной, и я злобно ухмыльнулся, подняв на нее глаза:
— Как всегда заводишься от насилия, Марианна? Или это я все еще действую на тебя так? Зачем было лгать и ломать комедию? Ты могла сказать или просто попросить, чтобы я тебя оттрахал."
"Она снова дернулась в моих руках, но я придавил ее бедра к кровати сильнее, а потом погладил большим пальцем складки нежной плоти между ее ног. Наклонил голову и подул на них. Она моментально увлажнилась еще больше, и комнату окутал аромат ее желания, от которого вело так, что закружилась голова. Я демонстративно втянул в себя ее запах:
— Да, малыш, именно так. Я знаю, что нравится шлюхам.
Почему считают, что насилие — это обязательно физическое издевательство над телом? Можно причинять не меньшую боль и унижение словами. И именно это я сейчас осознанно и делал. Насиловал ее душу, так как тело отвечало мне взаимностью. Понимая, что это не просто оттолкнет от меня жену, но и, вполне вероятно, поставит крест на ее чувствах ко мне. Но остановиться я уже не мог. Не тогда, когда в ноздри бил ее запах, а пальцы мяли шелковистую кожу. Да, и, потом, как может остановиться солдат на полпути, когда он уже ступил на минное поле? Он просто идет вперед, с замиранием сердца ожидая, какой шаг раскинет его в разные стороны, разрывая на части и выставляя на всеобщее обозрение внутренности.
Я начал двигать пальцем внутри нее, сначала неторопливо и нежно, а затем ускоряя темп. Жадно наблюдая за ее реакцией и упиваясь властью над телом любимой женщины. Ее дыхание стало хаотичным, рваным, и она закрыла глаза, пряча от меня взгляд. Я знал, что в этот момент она борется с собой и проклинает свое тело за предательство.
Наклонился к ее лепесткам и прошелся по ним языком, застонав от пряного вкуса на языке. Она дернулась, как от удара тока, и еле слышно всхлипнула. Нашел языком клитор и обдал своим дыханием. Затем дотронулся до него кончиком языка и втянул в рот. Марианна неосознанно выгнулась и сдавленно застонала.