Автор
В мире необычных загадок и тайн, куда обычные способности превращаются в магию, главная героиня оказывается в центре опасного деликатеса — обманутым доверием. Каждый шаг может изменить исход: хмурится, смотрит подозрительно и часто считает ее извратницей. Но когда она называет это "случайными совпадениями", всё меняется - Женька начинает улыбаться злобой и кивать в том смысле, что может означать лишь один ответ....
– А вдруг мы и вправду чего найдем? – От этой мысли мороз пошел по коже, то есть до этого момента меня больше занимал вопрос безопасности, а тут я вдруг представила… Да, выступать в роли кладбищенских грабителей ох как несладко!
– Не пугай меня, – проворчала Женька. – Я и так до смерти боюсь. – И, наверное, для того, чтоб поменьше бояться, принялась разглагольствовать: – Мы ее целиком-то выкапывать не будем, нам бы только найти… что-нибудь. Туфлю, платье.
– Заткнись! – рявкнула я, мы испуганно замерли, огляделись и перевели дух.
– Вот чертово место, – пожаловалась Женька. – А тишина какая, точно мы и не в городе, а на кладбище.
– Ты заткнешься наконец? – Я всерьез подумывала огреть Женьку лопатой, но одной в этой дурацкой клумбе будет еще страшней.
– Нам повезло, – вдруг заявила Женька. – Представь, если б здесь была какая-нибудь сигнализация, а так рой себе спокойненько и ни о чем не волнуйся.
– Да уж, – согласилась я и неожиданно заявила: – Хотя о том, что ее нет, сказал Козырев…
– Вот-вот, – кивнула подружка.
Я выпрямилась, чувствуя, как сердце медленно, но настойчиво перемещается в область пяток.
– Чего ты? – опершись на лопату, спросила Женька.
– А тебе не кажется, что все это здорово похоже на ловушку?"
"Не успела я договорить, как все пространство сада залил ослепительный свет с четырех прожекторов на заборе. Мы зажмурились, а открыв глаза через некоторое время, смогли различить троих мужчин.
– Чего ж тебе ценная мысль раньше в голову не пришла? – пробормотала Женька.
– А тебе? – съязвила я и посоветовала самой себе умереть достойно, то есть по возможности, конечно.
Три из четырех прожекторов потухли, а один не бил нам в глаза, а просто освещал прилегающую территорию сада. Теперь я могла хорошо видеть Козырева, на его физиономии читались растерянность и беспокойство и при этом ни малейшего намека на коварство и удовлетворение кота, сумевшего поймать мышь возле крохотного кусочка сыра.
– Анфиса, – прямо-таки с отчаянием прознес он. – Что ты тут делаешь? – Парень впопыхах забыл, что мы с ним на «вы», напоминать об этом я не стала: кандидатам в покойники следует быть демократичнее.
– Ищу труп вашей жены, – честно ответила я.
– Поспокойнее, Анфиса, поспокойнее, – прошелестела Женька. – Мне почему-то кажется, что он неплохой мужик.
