Автор
В мире необычных загадок и тайн, куда обычные способности превращаются в магию, главная героиня оказывается в центре опасного деликатеса — обманутым доверием. Каждый шаг может изменить исход: хмурится, смотрит подозрительно и часто считает ее извратницей. Но когда она называет это "случайными совпадениями", всё меняется - Женька начинает улыбаться злобой и кивать в том смысле, что может означать лишь один ответ....
– А вдруг Ярцев не продажный? Вдруг навещал по работе Козырева? Допрашивал, к примеру. А к Аверину на квартиру приехал с целью сбора информации для следствия.
– Нет никакого следствия, – возразила я. – Аверин погиб в автокатастрофе. Сколько денег Козырев отвалил, мне неизвестно, должно быть, много, но менты сошлись на том, что его смерть – несчастный случай. А на допрос к подозреваемому не ходят, его вызывают к себе.
– Ага, вызовешь к себе Козырева… – Тут Женьке пришлось заткнуться, потому что появился Ярцев.
Спокойно и уверенно Ярцев двигался в нашу сторону. Из кустов показался Роман Андреевич, в три шага поравнялся с ментом, по-дружески его обнял и повел к машине. Обалдев от увиденного, мы не сразу сообразили, что ноги мента не касаются асфальта, а сам он как бы парит в воздухе, закатив глазки и чуть приоткрыв рот. Ромашка сунул его на заднее сиденье, устроился рядом, продолжая по-дружески обнимать бесчувственное тело, и сказал мне:
– Поезжай прямо.
"Долгострой в самом деле имел место: окруженный шатким забором пятиэтажный дом. Рамы вставлены, но стекла уже выбиты, подъездную дверь сорвали с петель, на одной из лоджий выросла березка, худенькая и трогательная. Вместо ворот в заборе была дыра, в нее мы и въехали. Я остановилась возле подъезда и вопросительно посмотрела на Ромашку.
– Ждите возле Главного почтамта. – Вышел, выволок свою жертву и, закинув Ярцева на плечо, скрылся в доме.
Я торопливо покинула данное место и через пять минут тормозила возле здания Главпочтамта, точно выполнив приказ.
– Анфиса, – жалобно сказала Женька. – У Ромашки пистолет, своими глазами видела…
– Ему положено, – отмахнулась я.
– Белым днем с пистолетом расхаживать?
– Уже смеркается, – поправила я.
– Но ведь он его не укокошит?
– О себе думай. Роман Андреевич знает, что делает, а мне вся эта история до смерти надоела, я хочу в отпуск, а еще хочу жить спокойно. Поняла? И не тревожь меня больше глупыми разговорами.
