Автор
В коже служат отличным источником расслабления от потока мыслей и гнета. В зеркале отражение подчеркивает усталость, сгущающуюся как ледяной купол над сердцем персонажа. Он чувствует себя заточенным в собственной голове, пытаясь найти хоть какой-то уголок покоя и спасения....
— Любишь балет? — вдруг неожиданно интересуется мужчина, устраиваясь поудобней на мягком стуле и рассматривая партер снизу.
— Не доводилось видеть раньше, — признаюсь честно, но от чего-то становится стыдно.
— А что доводилось?
— Ты хочешь поговорить со мной? — вскидываю брови вверх от удивления.
— Хочу прозреть относительно тебя, — намекает на мой последний выпад в его адрес.
— Ничего не доводилось. Возможно, когда-то в детстве, в школе. Не более.
— Нет времени или интереса? — переводит на меня своё внимание.
Все жду, когда последует издевка, но он внимательно смотрит, ожидая ответа.
— Не было человека, который привил бы интерес.
Отвечаю честно, но все больше хочется слукавить, чтоб не оказаться в его глазах пресной, скучной.
Уверена, сейчас он подумал: «Тогда, чем ты лучше той, над которой смеялась?» и жду, что вот-вот озвучит это вслух. Но позади раздаётся звук открывшейся двери, и мы отвлекаемся на входящих. Ими оказываются двое мужчин в преклонном возрасте, но выглядят они достойно.
Минут пятнадцать они сидят с нами, обсуждают товар и внимательно, но предельно аккуратно, разглядывают его на мне.
Но когда они уходят, я показываю Ханукаеву всем своим видом недовольство.
— Не думала я, что они будут, вместе с товаром, так пристально изучать и меня, — цежу сквозь зубы.
— С каких пор тебя это начало смущать, строптивая?
— Меня всегда смущает внимание извращенцев, которым за шестьдесят! Нельзя показать все в коробке?
— Зачем, если действовать можно эстетичней и аккуратнее? Да и бриллианты на привлекательном женском теле скупаются мужчинами быстрее, — прищурив взгляд, улыбается краем губ.
