Сидела рядом с мамой и молча ковырялась в своей тарелке. Казалось, ей было не интересно на ужине, и она с удовольствием оказалась бы сейчас в другом месте.
Мне очень понравились Матео и Дарси, они были сдержанными и благородными, очень вежливыми и откровенно влюблёнными в друг друга. Держались за руки и постоянно говорили одновременно. Пару раз Матео поворачивался в сторону Зейда и смотрел на него так, будто хочет перерезать ему горло. Карабинер никак не реагировал на такие откровенные выпады, хотя я была уверена, что они не прошли незамеченными.
Бизнесмен Вито был очень пафосен и постоянно рассказывал о каких-то вложениях, дорогих покупках, каждым словом пытался подчеркнуть свою состоятельность. Его жена Барбара была сделанной, силиконовой куклой, такие часто нравятся мужчинам.
Риана очень тепло поприветствовала Зейда, когда мы пришли на ужин, обняла его и поцеловала в щёку, чуть дольше нужного задержавшись губами на коже, прошептав приветствие на ухо. Такое фамильярное обращение к Карабинеру я видела в первые и сильно растерялась, посмотрела на Андреа, но мужчина никак не отреагировал на такую странную связь между невестой и другом.
- Какая красавица с тобой. – из приличия поздоровалась со мной Риана. Девушка была выше меня и стройнее. Она была невестой, а я даже не любовницей. – Андреа весь день рассказывал о Вас и как Зейду повезло с белокурой красавицей.
Андреа сильно преувеличил мою значимость в жизни Карабинера, но я благоразумно промолчала. Только выдавила улыбку и поблагодарила за комплимент.
- Когда тебе восемнадцать, ты можешь позволить себе не краситься и выглядеть чудесно в чём угодно. Потом проходит пара тройка лет и приходится хорошенько трудиться над своей внешностью, чтобы оставаться красоткой. Мне двадцать пять, и я не вылажу от косметологов. Советую начинать уже сейчас, милая. – Барбара была дерзкой американкой. В красных штанах и прозрачном топе она выглядела притягательно, коричневые соски проступали через белую ткань. – Ната, красивое и молодое личико нужно беречь.
- Как хорошо, что Нате уже двадцать пять и, чтобы выглядеть на восемнадцать, ей не нужно ничего в себе переделывать. – Усмехается Зейд, отбивая Барбару от меня одной фразой. Его слова заставляют меня улыбнуться, а всех поёжиться.
Большую часть ужина я молчу, у меня нет ничего общего с этими людьми и я никак не могу поддержать разговор. Просто слушаю и улыбаюсь, как и полагается послушной девочке. Карабинер отвечает, лишь когда к нему обращаются.
