В наступающем году, где свет и тьма переплетаются как звезды и планеты, Караг преодолевает свои страхи и учится быть не просто оборотнем, а лидером среди своих. В сердце каждого леса ждет испытание - и Караг готов к нему.
Но учить Табиту отправлять картинки нет времени, придётся обойтись без мысленного потока.
Мы с Тикаани, Джефри и отцом принялись сочинять мирное послание.
«Давайте спокойно обсудим ситуацию с территорией. Мы не хотим с вами воевать. Возможно, мы даже будем друг другу полезны. Не бойтесь того, что мы оборотни. В том, что мы отличаемся от вас, нет нашей вины».
Потом мы стали разучивать текст послания с Табитой. Тикаани оказалась права: было просто уморительно наблюдать, как летучая мышь взвизгивала, пищала, пританцовывала и выгибала туловище, а Терри при этом восхищённо подбадривал свою подругу.
– Ты просто супер! Даже я тебя почти понял, – ликовал Терри, пока Табита висела на ветке вниз головой, чтобы передохнуть.
– Ну, тогда в путь, – довольно сказал я.
Ответа не последовало.
– Табита? Табита?! Ау!
Она заснула.
Но ничего не происходило.
Наконец Табита проснулась и отправилась в путь – маленький тёмный летун на фоне красно-жёлтого закатного неба, быстрее и проворнее любой птицы.
Мы с тревогой ждали её возвращения.
Тикаани ткнулась в меня мордой:
– Придёшь на мой день рождения восьмого июля? Родители уже сказали, что в нашей деревне тебя ждут с распростёртыми объятиями.
– Ну конечно, приду! – ответил я, не успев подумать, способен ли я после наших схваток вынести ещё целую деревню волков-оборотней. И быстро добавил: – Вот только… Когда мы покончим с волками, не исключено, что мне и самому придёт конец – если ты понимаешь, о чём я.
– Ха-ха, – весело усмехнулась Тикаани. – Не переживай, мы примем тебя и с дырявой шкурой. Моя бабушка умеет шить и штопать.
Я вздохнул и посмотрел на свою заднюю лапу. Она по-прежнему ужасно болела, но компресс из трав немного холодил рану.
А Табиты всё не было."
"– Надеюсь, её не сожрали, – сказал Джефри, и наш крошка-оборотень заскулил.
