Военные спецподразделения. Рядовой Безукладников служил с полной самоотдачей, но каждая операция оставляла следы — и личные, и профессиональные. Теперь майор работает в полиции по призванию, каждый день рискуя жизнью ради службы, но внутренние конфликты все еще не дают покоя его подсознанию....
– А если я не соглашусь? – с вызовом в голосе произнес Пень, заталкивая окурок в переполненную пепельницу на панели «Жигулей».
– Если не согласишься, – парень в сером плаще взглянул на наручные часы, – то спустя десять минут сюда приедет бригада ОМОНа и накроет всю вашу малину вместе с тобой. Наденут на твои исколотые шприцами ручонки железные браслеты и отвезут в Кресты, откуда ты прямым ходом пойдешь нюхать кирпичи. Я понятно изъясняюсь? На тебе, Пень, висит не одна «мокруха», и будь уверен, опера с Литейного найдут способ раскрутить тебя на «вышку»! Взять, к примеру, ту бабу, которую вы не так давно изнасиловали…
Во взгляде наркомана, устремленном вперед, через лобовое стекло «шестерки», промелькнул неприкрытый страх.
– Так ты мент? – пересохшими губами прошептал Пень, уже поглядывая на неплотно прикрытую дверцу машины, отделявшую его от свободы. Один удар в челюсть, один сильный рывок – и все закончится!..
– Это неважно, – ответил, сбавляя напор, Иван. – Я хочу, чтобы ты понял: никто не станет тебя трогать даже пальцем, наоборот – ты получишь за пустяковую работу приличную сумму денег и сможешь спокойно наслаждаться жизнью, трахая эту свою малолетнюю сучку!
– Да ну ее на хер! Достала меня эта блядь!
– Это дело твое, мне без разницы, – пожал плечами «Макс».
Пень нахмурился. С одной стороны, он понимал, что дело наверняка опасное, но, с другой стороны, выбора у него, в общем-то, нет никакого, а у него ни разу в жизни не было пяти тысяч долларов наличными – так, чтобы можно было подержать их в руках, потратить! Что, в принципе, нужно от него этому типу? Замочить какого-то барыгу? Разве это проблема? Если дадут правильную наводку, оружие, транспорт и сделают, чтобы уж без всяких неожиданностей, предоплату…
– Пять штук баксов, говоришь? – осторожно поинтересовался наркоман.
– Наконец-то ты, Сашок, начинаешь что-то соображать, – тяжело вздохнул блондин в плаще и, достав бумажник, протянул Пню пачку долларов. – Здесь ровно пять тысяч. Будешь считать или так, на слово поверишь?
– Не стоит.
