Военные спецподразделения. Рядовой Безукладников служил с полной самоотдачей, но каждая операция оставляла следы — и личные, и профессиональные. Теперь майор работает в полиции по призванию, каждый день рискуя жизнью ради службы, но внутренние конфликты все еще не дают покоя его подсознанию....
– Может, хоть немного подсохнет.
Пень натянул на голову капюшон спортивной куртки и достал из ее внутреннего кармана пачку сигарет. Пробежавшись глазами по рядку никотиновых палочек, он остановил жадный взгляд на самой крайней из них, где, вперемешку с табаком, была забита марихуана. В груди со страшной силой стало нарастать привычное сосущее чувство, а в пересохшем горле словно забегали сотни муравьев. Закололо кончики пальцев и даже появилось отдаленное подобие сексуального возбуждения.
– Нет! – шевелил посиневшими губами Пень.
Но сидящий внутри каждого наркомана бес кайфа упорно сопротивлялся, успокаивая и уговаривая уже давно продавшего ему душу человека: «От одного-то косячка?! Да чего ты боишься, дурья твоя башка! Тем более с таким оружием и таким классным прицелом! Тут промахнуться не под силу даже слепому, не то что такому серьезному и крепкому парню, как ты! Давай, запали ее, приятель, и ты почувствуешь, сколько силы заключено в этой маленькой сигаретке!.
Пень задержал пальцы в сантиметре от раскрытой пачки, не решаясь принять окончательное решение. Каждая секунда колебания пульсирующей болью отдавалась в висках наркомана. Ломка начиналась в самый неподходящий момент. И когда сила воли стала стремительно таять, а бес уже праздновал свою очередную победу над человеком, Пень неожиданно услышал чей-то тихий и спокойный голос:
– Саша… Ты слышишь меня?
От неожиданности снайпер выронил из рук пачку сигарет.
– Да, слышу… Честно говоря, я уже устал здесь ждать. Холод просто собачий! И дождь в рожу. В общем, повезло сегодня с погодкой!
– Что делать, – усмехнулся в ответ Иван, а это был именно он. – Осталось около часа. Скоро господа начнут съезжаться.
– Помню, – огрызнулся наркоман. – Что еще?
– Пока все. Будь начеку и жди команды.
Вокруг киллера снова все стихло, если не принимать в расчет гудевший от ветра шпиль собора. Подчас гул нарастал настолько, что закладывало уши. Наркоман тихо ругался и, наплевав на все указания, курил одну сигарету за другой, туша о мокрую решетку «бычки» и вышвыривая их в окно.
