Военные спецподразделения. Рядовой Безукладников служил с полной самоотдачей, но каждая операция оставляла следы — и личные, и профессиональные. Теперь майор работает в полиции по призванию, каждый день рискуя жизнью ради службы, но внутренние конфликты все еще не дают покоя его подсознанию....
– Договорились. Только – одно условие, – твердо сказал сыщик, поднимая вверх указательный палец. – Перед тем, как мы поедем на место съемки, я завяжу тебе глаза. Надеюсь, не надо объяснять, для чего нужны такие меры предосторожности?
– Нет, – отозвался журналист, – я хорошо помню нашу с вами первую встречу. Я ничего не забыл.
– Молодец. Я читал твой материал, и он мне понравился. Тебе удалось точно передать принципы моей работы, мою идею.
– Так, самую малость! – не раздумывая, соврал Игорь, содрогаясь от воспоминаний о том, как ему приходилось «исчезать» на целые недели, дабы не утруждать себя ответами на сотни сыпавшихся со всех сторон вопросов, на большинство из которых ответить мог только сам Ворон.
– Думаю, ты меня обманываешь, – беззлобно сказал сыщик, – но это неважно. После того, как новости «КТВ» под руководством нового шефа покажут интервью, что мы снимем сегодня, тебе вообще придется уехать куда-нибудь, скажем, на Бермудские острова, чтобы не быть разорванным на куски своей же журналистской братией! – и Ворон тихо, почти неслышно, рассмеялся.
– Буду рад работать вместе. Что касается отношения к «бычью» – здесь наши взгляды полностью совпадают! – осмелевший Родников позволил себе перейти на более дружеский тон. – Я сделаю все, что смогу, если хотя бы одному из бандитов станет от этого хуже, чем сейчас.
– Вот и славно! – Ворон дружески похлопал журналиста по плечу. – А сейчас говори, куда тебя везти, чтобы ты очень скоро вернулся с профессиональной видеокамерой…
Когда Игорь, миновав удивленную секретаршу, ворвался в кабинет Артема, Ринге с сосредоточенным видом сидел за столом, углубившись в какие-то бумаги.
– Родников, если ты будешь работать так же пунктуально, как являешься на деловые встречи, то можешь считать, что мы не договорились.
