Скарлетт пробыла целых семь лет без ответа на свои письма. Теперь, наконец, Легендо откликнулся — и ее чувства заискрились ярче обычного, как свежая зелень травы, желтизна кипящего меда и огненный красный углей. Начало приключений ждет на страницах этой книги.
Возможно, он не исполняет ее желание просто потому, что это ему не по силам?
Но Скарлетт повидала достаточно чудес, чтобы понимать: сокровенные желания имеют обыкновение сбываться. Она попыталась вспомнить все истории, которые ей когда-либо рассказывали о магии. Джованна говорила, что ее подпитывает время, а собственная бабушка утверждала, что страсть. Когда Хулиан подарил Скарлетт день жизни, он использовал собственную кровь.
Кровь! Ну конечно!
В мире Караваля кровь наделена магической силой. Если одна-единственная капля способна подарить человеку день жизни, возможно, Скарлетт смогла бы воскресить Хулиана и Теллу, напитав их достаточным количеством собственной крови.
– Как мне спуститься на улицу? – спросила Скарлетт, повернувшись к Джованне, хотя и не была уверена, что та ей ответит. Девушка, однако, четко и быстро снабдила ее нужными сведениями.
Тусклый свет фонарей почти не разгонял ночную тьму, сгустившуюся в предрассветный час. Люди обступили тело Теллы – драгоценной Теллы, которую Скарлетт больше не могла назвать своей.
Не обращая внимания на зевак, Скарлетт опустилась на колени прямо в разлитую вокруг сестры лужу крови. Тело Донателлы было страшно покалечено. Руки и ноги вывернуты под неестественными углами, медовые кудри пропитаны красным. Скарлетт до крови прикусила палец и приложила его к посиневшим, неподвижным губам сестры.
– Телла, пей! – велела она, продолжая прижимать дрожащие пальцы ко рту сестры, но та не двигалась и не дышала.
"Закрыв глаза, Скарлетт повторяла эти слова снова и снова, как молитву. В исполнение желаний она перестала верить в тот день, когда ее отец убил Фелипе, но Караваль вернул ей веру в магию. Не имело значения, что Легендо ответил ей отказом. Скарлетт вспомнились слова бабушки: «Каждому человеку может быть даровано исполнение одного неосуществимого желания.
Она продолжала шептать свое желание, сидя под фонарями, огни которых в конце концов окончательно угасли, как и жизнь девушки, чье тело она сжимала в объятиях.
