Скарлетт пробыла целых семь лет без ответа на свои письма. Теперь, наконец, Легендо откликнулся — и ее чувства заискрились ярче обычного, как свежая зелень травы, желтизна кипящего меда и огненный красный углей. Начало приключений ждет на страницах этой книги.
Исходили они из массивной кирпичной трубы одного из самых огромных домов, какие Скарлетт когда-либо доводилось видеть: четырехэтажного, с изящными башенками и балконами, а также подвесными цветочными ящиками, в которых буйно росли красивые ярко-белые иберийки, пурпурные маки и оранжевые львиные зевы. Удивительно, что снова начавший падать снежок не причинял растениям никакого вреда.
Спеша к дому, Скарлетт похолодела, заслышав чьи-то приближающиеся шаги и приглушенный снежной круговертью тихий низкий смешок.
– Значит, ты все же не приняла предложение Дедушки Часовщика, а?
Скарлетт так и подпрыгнула от неожиданности.
– Нечего так пугаться, Малинка, это всего лишь я, – объявил Хулиан, выходя из тени ближайшей постройки в тот самый момент, как диск солнца окончательно скрылся за горизонтом.
– Почему ты до сих пор не вошел внутрь?
Скарлетт указала на дом с башенками, испытывая одновременно и облегчение оттого, что больше не одна, и нервозность из-за нового появления Хулиана. Несколькими минутами ранее он стремглав вылетел из часовой лавки, а теперь вразвалочку шагает ей навстречу, будто в его распоряжении все время мира!
– Поверишь, если я скажу, что ждал тебя? – спросил он теплым дружеским тоном.
"Скарлетт сомневалась, чтобы Хулиан просто стоял на месте, надеясь снова ее увидеть, особенно учитывая то, как они расстались. Он явно что-то от нее скрывает! Или, быть может, не сумев проскользнуть в открывшуюся в часовой лавке волшебную дверь и добраться до Теллы, она сама сделалась излишне подозрительной? Скарлетт внушала себе, что скоро воссоединится с сестрой, но при этом не могла отделаться от страха, что не сумеет найти ее на Каравале.
Вблизи особняк оказался еще больше, чем издали, а его деревянные балки, словно продолжая расти, тянулись в небо. Чтобы охватить взглядом строение целиком, Скарлетт пришлось запрокинуть голову. Дом окружала чугунная ограда почти в двадцать метров высотой, украшенная фигурами, в чьих очертаниях вульгарность переплеталась с невинностью. Казалось, они двигаются и даже разыгрывают представление: нахальные парни гонятся за шаловливыми девушками, ведьмы едут верхом на тиграх, а императоры – на слонах, крылатые кони тянут колесницу.
Будь Донателла рядом, они бы вместе посмеялись над увиденным, как могут только сестры. Телла притворилась бы, что нисколечко не впечатлена, хотя в душе ликовала. С Хулианом все было иначе.
