Махим вздохнул, но послушно нацепил на физиономию высокомерное выражение и двинулся к собравшейся у балюстрады группе дипломатов. Арбедалочик же повернулся к Йорчику.
— Что скажете, профессор?
— Для детального анализа понадобится время, но…
Абедалоф обидно усмехнулся, показывая Руди, что видит его насквозь, и Йорчику пришлось признать:
— Ряд представленных образцов превосходит галанитские аналоги, а до некоторых ушерских решений мы попросту не додумались. Хотя не факт, что они имеют серьезное значение.
— Например?
— Огнеметный бронетяг, — быстро ответил Руди. — Я не вижу большой необходимости в подобном устройстве.
— Огонь оказывает мощное психологическое воздействие, — задумчиво протянул Абедалоф. — Я знаю случаи, когда солдаты разбегались, узнав, что против них выдвинуты огнеметчики — никому не хочется превратиться в жареного цыпленка. — Пауза. Ставшее почти привычным «Вям!», клуб сигарного дыма. — А что вы скажете о Гатове, профессор?
— Он гений, — угрюмо ответил Йорчик, не рискуя больше лгать проницательному выскочке. — А самое главное заключается в том, что Гатов — универсальный гений. Создается впечатление, что ему все равно, над чем работать: ему ставят задачу — Гатов находит оригинальное решение. Хотите знать мое мнение? Я восхищен.
— Гатов мог создать супербомбу? — тихо, но настолько жестко спросил Абедалоф, что Руди даже вздрогнул.
— Вы опять об этом?
— Да, об этом. И мы будем возвращаться к этому до тех пор, пока я не пойму, что уничтожило тот остров.
Упрямство. А вот глупое оно или нет — вопрос второй. Йорчику надоело постоянно возвращаться к опостылевшей теме, но он отдавал должное Арбедалочику, жаждущему во что бы это ни стало добраться до истины.
И ответить профессор постарался максимально корректно:
— Нужна информация.
— Ладно. — Абедалоф попыхтел сигарой, взял заскучавшего песика на руки и распорядился: — Давайте насладимся чудесами ушерской техники вблизи.
— Как же он шумит, — капризно протянула Этель.
— Не шумит, а стреляет, синьорина, — улыбнулся Дорофеев. — Грохот есть обязательное сопровождение стрельбы.
— И еще он визжит.
— Так работает электрический привод.
— Визжит, грохочет, разрывает уши… Я едва не оглохла!"
"Негодование певицы объяснялось просто: Этель планировала прогуляться между стендами в компании Помпилио — пусть завидуют! — но адиген как замер у «Гаттаса» — шестиствольного монстра, привинченного к хитроумной конструкции, так и не отлипал от него уже двадцать минут, требуя от инженеров все новых и новых подробностей. А в довершение распорядился устроить показательные стрельбы, благо возможность для этого предусматривалась.
— Точность удовлетворительная, огневая мощь выше всяких похвал.