Автор
В Кардонии мир кажется бесконечным пространством, где два имени — Банир — властны над всеми. Но не все согласны с этим мнением. Здесь начинается история о мальчике, который задумывается над философией природы и человечества, когда он осваивает географию. Какие тайны скрывает эта незнакомая земля? И кто будет побеждать в этой необычной игре — те, кто кормит волков, или другие?...
— Мы станем призом, за который они начнут драку. Призом, который не достанется никому.
— Как это? — не понял Фраскетти.
— Они упрутся, но в какой-то момент поймут, что проще отступить, — сообразил Онигеро.
— А мы останемся при своих, — закончил консул.
В зале повисла тишина. Примерно полминуты сенаторы взвешивали услышанное, после чего Фраскетти кивнул:
— В целом мне нравится.
— А что с Приотой? — кисло спросил Дзинга. — Будем воевать с землеройками?
— Приотская армия — сброд, — уверенно произнес адмирал Даркадо.
— Пока не собираемся, — поспешно перебил военного консул. И вежливо ответил сенатору: — С Приотой постараемся договориться.
— А если не получится?
Пылкая речь адмирала Дзингу не впечатлила, и Дагомаро пришлось поддержать старого вояку:
— Если мы готовы сдаться после первой серьезной угрозы.
— Ты выгнал отсюда банки Компании, — напомнил Дзинга.
— Потому что наши предки создали Ушер! — прогрохотал консул. — Наши отцы и наши деды! Их труд, ум, деньги, их упорство создали Ушер, а значит — Кардонию! Это наша планета! И я ее не отдам!
Яростные возгласы, яростно вспыхнувшие глаза — Винчер изменился в мгновение.
— Но…
— Пойми, наконец, что нет никакого «но»! Нет! — Дагомаро вскочил на ноги. — Или Кардония принадлежит нам, или Компании.
— Ты знаешь, что да, — пробурчал сенатор Фраскетти.
— Питер?
— Мог бы не спрашивать.
— Дзинга? Роджер?
Против никто не выступил. Сенаторы поджимали губы, неохотно качали головами, вздыхали, но было видно, что пламенная речь консула задела их за живое. Они привыкли чувствовать себя хозяевами и не собирались уходить со сцены.
