Автор
В живописных штриках русской весны — широкими полосами лугов, с островками лилового вереска и зеленой осоки — мы погружаемся в мир карьеры одного борца. Был теплый весенний полдень, неслись по небу стаи разорванных облаков, их тени скользили по лугам как желтые и зеленые лоскутки сверкающих порослей, обмытых дождем. На холмах, окаймлявших пейзаж с севера, еще несся следы туч, только что разразившихся ливней....
Над вами уже теперь не тяготеет горе, так сильно овладевшее вами по смерти вашего отца, и вы можете при помощи одного слова теперь же, в одно мгновение покинуть свое зависимое положение в этом доме.
— Благодарю вас: я чувствую себя здесь прекрасно.
Наступило молчание. Мистер Паркер опять сел в свое кресло. Тогда Алиса продолжала:
— Я очень рада, что наконец вы пристроились. Это должно было чрезвычайно утешить вашу бедную мать."
"— Мне показалось, Алиса, — может быть, я и ошибаюсь, но мне показалось, что ваша мать приняла меня сегодня утром холоднее обыкновенного.
— Я очень благодарна вам за поучения, Уоллес.
— Вы могли бы разговаривать посерьезнее со мною, — произнес он, вновь зашагав по комнате с сердитым видом.
— Ах, Боже мой! Но ведь между нами было, кажется, условлено, что вы не станете повторять свое предложение при каждой встрече.
— Да, но между нами было тоже условлено, что мое предложение откладывается до того времени, когда я займу обеспеченное положение. Это время наступило, Алиса. И я жду благоприятного ответа. Я заслужил его своим терпеливым ожиданием, Алиса.
— Должна вам заметить, Уоллес, что не считаю благоразумным с, вашей стороны жениться, имея 350 фунтов в год.
— Вы забываете квартиру, отопление и освещение. Вы стали что-то слишком благоразумны с тех пор, как поселились в этом замке. Мне кажется, что вы просто перестали любить меня.
— Да я никогда и не говорила, что люблю вас!
— Может быть, никогда и не говорили прямо, но давали мне это понять намеками.
— Никогда ничего подобного не было, Уоллес. И я не хочу, чтобы вы говорили об этом.
— Одним словом, вы надеетесь поймать здесь какого-нибудь молодчика, который будет более выгодным мужчиной, чем я?
— Уоллес, как вы смеете?!
— Вы оскорбили мои чувства, Алиса, и я вышел из себя. Простите. Я умею вести себя не хуже тех, которые имеют доступ в этот замок. Но когда все мое счастье поставлено на карту, я не могу думать о приличиях. Поэтому я настаиваю на немедленном и категорическом ответе на мое предложение.
