Автор
Несмотря на обрывы текста, я могу предложить описание книги для сайта-библиотеки. Вот вариант: В Карибской саге читатели погружаются в мир забытого усадебного оазиса и тайных древних путей, где каждый камень на земле может говорить о прошлых временах. Автор путешествует по легендарному Сейдозеро, видя в развалинах избушки истории поколений, как живые существа рассказывают свои страсти и тайны через руины и плиты....
По весне именно вы вывели в учётных табелях напротив фамилии своей жены наивысшие оценки по всем видам плавания, включая его подводные разновидности…. Я всё правильно пока излагаю, пока ещё старший лейтенант?
– Готов полностью ответить за данную провинность! – хмуро оттарабанил Сизый. – Готов смыть кровью и всё такое! Пойми, командир, люблю я её…. Ну, не мог я поступить по-другому! Не мог! Скрыл, виноват. Сам я её через подземную реку переправлю, у меня сил и на двоих хватит…
– А на троих?
– В смысле – на троих? – не понял Лёха.
Ник терпеливо пояснил:
– Я на себе попру весь архив, все двенадцать непромокаемых мешков, связанных в единую цепочку. Кошку эту, помещённую в отдельной мешок, подвешу на бок, рюкзак со светильниками взвалю на плечи. Всё остальное – только твоя забота. Жена, Джедди, который тоже плавает на уровне топора, рюкзак с продовольствием и медикаментами. Справимся, брат? Само собой разумеется, что как только окажемся на Родине, я и тебя, и Айну на месяц-другой помещу на гауптвахту.
Первым делом Ник переправил и расставил на скалах заводи три масляных светильника. Потом, уже вместе с Сизым, доставили туда же и все двенадцать брезентовых непромокаемых мешков, в которые был полностью упакован архив господина Бронштейна.
Всё, отступать было некуда, пришло время для осуществления самого опасного этапа в этой коренной передислокации.
Ник нырнул ещё разок, зажёг фонари, расставленные на скалах по границе заводи, сориентировал их так, чтобы будущий путь был чётко освещён, вернулся.
Маркиза первые тридцать-сорок секунд вела себя достаточно спокойно, будто бы всё понимала, но потом, когда Ник нырнул, забилась, собака бешеная, – только держись.
Вынырнул он в тихой заводи, отдышался с минуту, прицепил к карабину, закреплённому чуть выше копчика, небольшой поездной состав, сформированный из двенадцати брезентовых мешков, соединённых между собой короткими поводками, да и погрёб дальше – что было сил.
Чуть Ник не утонул по-настоящему, переплывая через эту подземную реку: бешеное течение волокло куда-то, двенадцать архивных единиц старательно и планомерно тянули на дно, а тут ещё кошка вертелась в мешке – как тот хорёк декоративный в специальном колесе…
На пологий безопасный берег Ник выбрался уже метрах в двухстах ниже по течению реки.
