Автор
В глубинах Карибского моря скрываются тайны и загадки, а вокруг плавают улик и предатели в поисках выживания. История Пэлгрейва в Кении становится невероятной немезией, где каждый шаг может оказаться последним перед разоблачением великой правды.
— Конечно, — сказал Грег, — я не знаю, когда именно убили эту девушку…
В его фразе явно слышались вопросительные интонации. Однако лейтенант Уэстон, казалось, не заметил этого.
— Насколько я понял, ее нашла миссис Кендал? Должно быть, это было для нее большим потрясением.
— Да. Доктору Робертсону пришлось дать ей успокоительное.
— Это случилось поздно, когда большинство людей уже пошли спать?
— Да.
— А она уже долго была мертва? Я имею в виду, когда миссис Кендал нашла ее?
— У нас еще нет на этот счет точных данных, — спокойно ответил Уэстон.
— Бедная малютка Молли! Да, это, очевидно, на ней скверно отразилось. Вообще-то вчера вечером я ее не видел. Может быть, у нее заболела голова и она легла.
— А когда вы в последний раз видели миссис Кендал?
— О, довольно рано, перед тем как я пошел переодеваться. Она делала приготовления к обеду, перекладывала на столах ножи.
— Понятно.
— Тогда она казалась веселой, — продолжал Грег. — Молли — славная девушка. Мы все ее очень любим. Да, Тиму крупно повезло.
— Ну, благодарю вас, мистер Дайсон. Вы не можете больше ничего вспомнить из того, что говорила Виктория, когда возвращала вам таблетки?
— Вроде бы нет. Она только спросила меня, эти ли таблетки я искал, и сказала, что нашла их в комнате старика Пэлгрейва.
— Она не знала, кто положил их туда?
— Как будто нет… Право, не помню.
— Спасибо, мистер Дайсон.
Грегори вышел.
— Весьма любезно с его стороны, — заметил Уэстон, постучав ногтем по листу бумаги, — было предоставить нам это подробное описание своего местопребывания вчера вечером.
— Вы думаете, что это было немного чересчур любезно? — спросил Дейвентри.
— Трудно сказать. Некоторые люди очень беспокоятся о своей безопасности и боятся впутаться в какую-нибудь историю. Вовсе не обязательно при этом, что им известна какая-то преступная тайна. С другой стороны, все может быть.
— А как обстоят дела с алиби? Правда, на это особенно рассчитывать не приходится. Играет оркестр, все танцуют, встают из-за столов, входят и выходят.
— А вам это кажется вероятным?
— Все возможно.
Снаружи послышался шум.
