С самого детства я сторонилась друга старшего брата. При каждой встречи Карим нагонял на меня необъяснимый страх, заставляя сердце биться в ускоренном ритме. Взрослый. Жёсткий. Опасный. Но именно к нему я пришла посреди ночи, когда мой брат внезапно пропал, а через несколько дней после этого в доме появились коллекторы. Я умоляла Карима о помощи, надеясь на его поддержку и покровительство. Жаль, что тогда я не знала, чем всё в итоге обернётся....
— Почему ты боишься меня?
Тёплая ладонь легла на моё обнажённое плечо и точно обожгла, как кипяток. Я резко дёрнулась и попыталась увильнуть в сторону, но он не пустил. Обвил мою талию кольцом рук и крепко прижал к своей груди, заставляя уткнуться носом в то место, где громко бьётся сердце.
— Почему ты боишься меня? — Карим повторил свой вопрос и низко склонил голову, упираясь подбородком в мою ключицу.
— Не знаю, — выдал мой тихий голос. — Ты опасный.
— С чего ты взяла эту глупость?
— Потому что ты всегда меня пугаешь.
— Забавно, — ухмыльнулся Карим, покрывая макушку моей головы лёгким поцелуем. — Ночью ты так не считала.
— Я была пьяной, Карим, а ты воспользовался ситуацией. Не стыдно?
— Нет.
— Отпусти, я опоздаю в университет.
— Отвезти? — прошептал над моим ухом.
— Я сама. Вызову такси.
Карим не хотя разжал тиски своих рук на моей талии, и я сразу же отскочила в сторону, пока он не передумал. То, что между нами случился секс — не даёт ему право обращаться со мной подобным образом.
Я выскочила из спальни, прихватив с пола помятое платье. Закрылась в ванной комнате. Приняла душ, завязала на затылке дурацкую гульку и, немного поплакав перед зеркалом, вернулась в дом, надеясь, что к тому моменту Карима и след простынет. Ещё раз столкнуться с ним лицом к лицу — выше моих сил. Мне стыдно, чертовски совестно, как никогда за мои двадцать один год.
"— Поехали, — раздался низкий голос за спиной.
Обернулась и встретилась взглядом с чёрными, как ночь, глазами. Мужчина стоял возле лестницы и упирался ягодицами о перила. Его опрятный внешний вид и идеально выглаженный костюм просто творили чудеса. Сейчас он был похож на того чёрствого сухаря, которого я знаю и помню все эти годы. Жёсткий, властный, сталь, а не человек. Когда он говорит, то у меня поджимаются поджилки и дрожат пальцы.
Я хотела возразить и даже потянулась к мобильнику, чтобы набрать номер городского такси, но Карим только бровями повёл в недоумении, не давая мне возможности и рта открыть. Задержавшись на лестнице, я попыталась обуздать свои нервы и привести в привычный ритм быстро бьющееся сердце, но ничего не получилось.
