Автор
Коры и Брендана объединяло больше, чем простое чувство любви или семь лет совместной жизни. В их отношениях светилась доля мудрости и терпения, созданных из многих эмоций — радости, печали и даже сдерживаемого желания. Несмотря на внешнюю холодность Брендана, у него были теплые уголки в сердце, скрытые глубоко под землей как сам воздушный замок....
Затем она взяла бокал, отпила глоток вина, видимо чтобы вознаградить себя за долготерпение, и лишь затем произнесла:
– Ладно, что уж с тобой делать, с тупицей… Да, я знаю Руппи лично. Он много чего рассказывал о тебе, о том, что вы с ним вытворяли, когда…
– Достаточно! – шикнула на нее Кора. – Здесь не место для подобных разговоров.
Рита с тонкой улыбкой оглядела сидевших за столом.
– Почему же? Думаешь, вы, богатеи, чем-то отличаетесь от прочих? Уверяю тебя, это не так. У вас все, точь-в-точь как у тех людей, которых вы называете простыми – два глаза, два уха, нос, руки-ноги… ну и прочее, не стану описывать, чтобы не травмировать твою тонкую душевную организацию.
Коре почудилось, что за столом на мгновение воцарилась тишина, но в следующую минуту она с облегчением поняла, что это лишь игра воображения. Никто ничего не слышал. Даже Брендон спокойно продолжал обсуждать с Биллом технические вопросы. Тогда Кора повернулась к Рите.
– К твоему сведению, я больше считаю Руппи Хэтмена своим другом.
Та мастерски изобразила удивление.
– Не может быть! Ведь Руппи просил передать тебе наилучшие пожелания и все такое…
Конечно, Кора могла бы лишь пожать плечами, оставив сказанное без ответа, но подобная реакция наверняка сыграла бы на руку Рите. Поэтому с нарочитым удивлением Кора обронила:
– С трудом верится, что Руппи мог произносить в мой адрес какие-то хорошие слова. Мы с ним расстались почти врагами.
– Неужели? Странно, он отзывается о тебе доброжелательно. И вообще описывает очень… – Рита скользнула по фигуре Коры неторопливым взглядом, – живописно.
Ого, это уже близко к публичному оскорблению, подумала Кора. Еще немного – и у меня появится повод для судебного иска.
Однако Рита оказалась не такой простой, как можно было ожидать. Спеша загладить впечатление от своих слов, она изобразила вполне светскую улыбку.
– То есть это я тогда представляла тебя клушей, а сейчас вижу, что ты… э-э… не так похожа на клушу, как мне казалось.
Кора прикусила губу. По форме фраза Риты выглядела как извинение, а по сути оскорбительный эпитет прозвучал еще два раза.
Однако Кора решила проигнорировать данный факт. На кону стояло нечто большее, чем словесные баталии.
– Узнаю Руппи, – обронила она с саркастической усмешкой. – Этот подхалим готов льстить любой женщине, которая в состоянии снабдить его средствами к существованию. А жить он привык на широкую ногу.
