Автор
Коры и Брендана объединяло больше, чем простое чувство любви или семь лет совместной жизни. В их отношениях светилась доля мудрости и терпения, созданных из многих эмоций — радости, печали и даже сдерживаемого желания. Несмотря на внешнюю холодность Брендана, у него были теплые уголки в сердце, скрытые глубоко под землей как сам воздушный замок....
– И сидела в галерее все время, пока они работали!
– А что же мне оставалось? По-твоему, я должна была все бросить и мчаться домой? – Единственно ради твоего спокойствия, добавила она про себя. – Ты прекрасно знаешь, что скульпторы, художники и прочий творческий люд – словом, все те, кто выставляет свои работы в моей галерее, доверяют мне. Разве могу я их подвести? Вот ты подводишь своих заказчиков? – Кора задала вопрос и сама же ответила: – Нет! И отец твой не подводил. И мой отец, чьим компаньоном ты с некоторых пор являешься, никого не подводит.
– Ну ты сравнила, – хмыкнул Брендон. – Крупнейшую строительную корпорацию с какой-то небольшой…
– Я сейчас прерву разговор! – сердито предупредила Кора.
Но Брендон, видно, и сам почувствовал, что сказал лишнее.
– Я лишь имел в виду соотношение размеров твоего и моего бизнеса.
А, все-таки у меня тоже бизнес! – усмехнулась про себя Кора. То-то же!
Конечно, она понимала, что Брендон всего лишь демонстрирует снисхождение, но даже это рассматривала как маленькую победу.
Тут над головой загрохотало так, будто по низвергавшему дождевые потоки небосводу рассыпались гигантские жестяные ящики.
– Что это там у тебя? – спросил Брендон.
Чем немало удивил Кору.
– А у тебя разве этого нет?
– Чего?
– Грозы.
В беседе вновь наступила пауза. Кора живо представила себе, как Брендон подходит к окну и смотрит на небо.
– Не-ет, – протянул он через минуту.
– Значит, к тебе грозовой фронт еще не добрался. А здесь льет как из ведра.
По стеклам «даймлера» текли ручейки, искажая и без того плохую видимость и создавая странно уютное для подобной ситуации ощущение изолированности от остального мира.
– Ты действительно стоишь в пробке?
Кора вновь усмехнулась.
– Неужели думаешь, что я шучу? Мне совершенно не по душе находиться на улице во время грозы, не имея возможности сдвинуться с места!
– Сколько это продолжается? – спросил Брендон.
И Кора вновь представила себе, как он смотрит на стоящие в гостиной массивные напольные часы, затем взглянула на свои, наручные.
– Минут… э-э… да уже почти полчаса.
– А где конкретно ты находишься?
– Напротив автомобильного салона… не помню, как он называется…
– Который на Брэдфорд-роуд? Знаю, «Фейтон».
– Собственно, не вижу особой разницы в том, где я нахожусь, – заметила Кора, позволив себе легчайший оттенок сарказма. – Полагаю, даже ты, со всеми своими возможностями, не сумеешь вызволить меня из этой треклятой пробки.
