В уральском Академическом районе Череп - супергерой бандитского масштаба, которого все знают по его излюбленной повязке. Здесь же люди скромно называют место Академическим, но на Черепа критикуют как неудачника.
Парень на это только хмыкнул, покрутив в пальцах самое настоящее писчее перо, и вернулся к своим записям, без особого энтузиазма поинтересовавшись:
— Итак, чем обязан видеть твою взъерошенную светлость?
— А то ты не в курсе, — хмыкнула, блаженно щурясь и грея руки о стакан.
— Все, что я на данный момент знаю, так это то, что нам выдали безнадежное в своей провальности задание, — мимолетная улыбка сгладила холодные черты лица Сеньки, но повысила нервозность окружающих, проходивших мимо оккупированного нами столика.
— Сеня, да ты пессимист, как я погляжу.
— Каркуша, да ты оптимист, как я посмотрю, — вернул подколку Псих и хмыкнул, не глядя, стянув стакан чая с подноса проходившего мимо младшекурсника. — И чем дольше я с тобой общаюсь, тем сильнее меня волнует один ма-а-аленький вопрос… На каких препаратах надо сидеть, что бы являть миру столько жизнелюбия и радости?
— Исключительно на успокаивающих сборах и мантре «Я не убиваю окружающих меня идиотов», — фыркнула, делая еще один глоток горячего напитка.
— Декан оценил? — и снова эта мимолетная улыбка, от которой внутренности в узел сворачивались и срочно просили политического убежища где-то в левой пятке.
— И декан, и зам декана, и куратор и даже ректор, в кои-то веки посетивший мою скромную обитель, — я скривилась, как от зубной боли, припомнив это чудное виденье, отнявшее у меня два часа свободного времени, десятки нервных клеток и уйму седых волос своими рассуждениями о воспитательном процессе.
Сеня на такую просьбу только тихо рассмеялся, лукаво сощурившись и насмешливо на меня посмотрев. Вот только как-то прокомментировать прозвучавшие слова не успел.
