В уральском Академическом районе Череп - супергерой бандитского масштаба, которого все знают по его излюбленной повязке. Здесь же люди скромно называют место Академическим, но на Черепа критикуют как неудачника.
И не посмотрел бы тот ни на возраст, ни на степень их родства, ни на наличие свидетелей.
— Вот такие дела, батя… — наконец, выдохнул парень. И руками развел. — Сам понимаешь, деньги взять неоткуда, а пацан в интернате загнется, как нефиг делать. Ты же видел его, о нем там никто, так как Мирка заботиться не будет. Бросят на постель, и лежи себе, доживай свой век."
"— Вот как… — задумчиво постучав кончиком карандаша по папке с бумагами на столе, Вячеслав Сергеевич еще раз глянул сначала на съежившуюся под его взглядом девчонку, потом на здоровенного лба у нее за спиной.
— Так точно, — подхватив опешившую Мирославу под локоть, Череп потащил ее на выход, гаркнув напоследок. — Спасибо, бать!
И дверью хлопнул до того, как родитель выдал бы ему еще пару ценных указаний.
Да, Черепа на районе знали, уважали и откровенно боялись. За спиной его с друзьями поносили, как могли.
Только банде на это было глубокомысленно начхать. Тем более, что для Мирославы Череп с сотоварищами оказался куда ближе, чем все интеллигентные кумушки со двора. Да и на помощь тогда пришли именно они, эти самые бандюганы и зло всего района, дав возможность сохранить самое дорогое, что у нее было — ее семью.
А это, по мнению Вороновой, значило куда больше, чем пресловутое общественное мнение. Тем более, если это мнение тех, кого в принципе никто и не спрашивал-то.
Глава 1
Я девочка умная, знаю, когда промолчать…
Знаю, зараза, знаю, но не могу!
— Я ворона, я ворона… На-на-на! Я ворона, я ворона… На-на-на! — напевая известный хит отечественной певицы Линды, по выложенной плитками площадке перед университетом прыгала худенькая, мелкая девчонка, в неизменной красной кепке, джинсах и мешковатом свитере.
Прыгала себе и прыгала бы дальше, если бы не вопль души, раздавшийся от центральных дверец высшего учебного заведения, сомнительной репутации и содержания:
— Воронова! В деканат, живо!
Я на это заявление чуть не запнулась об кусок арматуры, торчавший посреди тротуара.
