— Я-то тут причем?!
— За порчу чужого имущества, — огрызнулась Мирослава. И, подумав, еще раз отвесила ему подзатыльник. — А это за мои бедные нервы, мою кепку и мой рюкзак!
— Я не специально, — тихо фыркнув, Эрик поднял руки, признавая поражения. Глянул на завозившихся на полянке хаски, на дующуюся девушку, бурчавшую себе под нос что-то о непредвиденных расходах.
И брякнул, не подумав:
— Слушай, я могу все компенсировать, — на него так красноречиво посмотрели, что парень кашлянул смущенно и взъерошил волосы на затылке. — Ну или предложить работу. Нянькой для собак. Согласна?
И ведь не было в его словах ничего такого, однако…
Учитывая круг знакомых и друзей, проверенных годами и неприятностями, а так же беря во внимание род деятельности некоторых из них и их увлечения, Эрик успел повидать многое. И стадию полнейшего охренения, и пять стадий принятия смерти (даже если речь шла о банальном выходе на работу после бурных выходных и их последствий), и эпичные в своей беспощадности байкерские разборки. Даже сурового заведующего городским моргом, перед грозной личностью которого пасовали если не все, то многие — тоже видел. Попутно успев познакомиться с прелюбопытным анатомическим пособием скелет обыкновенный, слегка модифицированный, красиво названный Герыч."
"Зачем патологоанатом домой его притащила никто так и не понял. А спрашивать как-то побоялись, помня о том, что степень человеколюбия у этой девушки равнялась где-то нулю, а жалость к ближнему своему так и вовсе ушла в бесконечный минус.
В общем, видел Эрик действительно много и всякого. Но такого безмерного удивления, явно граничившего с легкой паникой, еще ни разу не встречал. А ведь это был самый рациональный вариант из всех возможных. Мире нужна работа, ему нужен человек, который присмотрит за всей стаей. И предполагаемая нянька должна понравиться собакам, иначе ничего не выйдет, а девушка явно приглянулась хаски. Так что парень действительно не понял, что могло привести ее в такое состояние.
Несложная работа, хорошая зарплата, приятная компания… Ну, он точно мог сказать, что Мира против его общества ничего не имела. Так что, почему бы и нет, собственно?
Правда, все было логично с его точки зрения. А вот что об этом думает сама Мирослава Воронова, активно пытаясь поднять челюсть с земли и просверлить его взглядом, это вопрос. Судя по выразительному лицу, точно ничего хорошего.
Наконец, девушка резко выдохнула и тряхнула головой, зло сощурившись:
— Если это была шутка, считай, что я ее оценила, как и твой порыв разрядить обстановку. А если нет, то… Нет. Ни за что. Ни за какие коврижки и деньги. Я благодарна за желание мне помочь, и оценила такой щедрый жест, правда. Но все же мой ответ категоричное нет! Я пока жить хочу, желательно долго.