— Почему же он не захочет? Разве ему есть что скрывать?
Она снова взглянула на него так, точно он оскорбил ее до глубины души:
— Ни Нильсу, ни Даниэлю нечего было скрывать. Но Нильс так и не оправился после смерти Даниэля.
Карл уловил подтекст:
— Вы хотите сказать, что они были парой?
— Да, Нильс и Даниэль всегда были неразлучны во всех делах — на работе и в частной жизни.
Карл повнимательнее заглянул в ее блекло–голубые глаза и подумал, что не удивился бы, если бы она сейчас сложилась пополам в пароксизме неудержимого хохота. Но этого не случилось. Она вовсе не шутила.
— Я не знал, — произнес он после недолгой паузы.
— Понимаю, — откликнулась она.
— Не найдется ли у вас случайно лишней фотографии Даниэля Хейла, которой вы могли бы поделиться со мной?
Она протянула руку и взяла со стеклянного подноса брошюру, лежавшую рядом с несколькими бутылками минеральной воды.
— Вот, — произнесла она. — Первые десять — как раз то, что вам нужно.
Вновь пробиться по телефону к Билле Антворскоу Карлу удалось лишь после долгих препирательств с его недовольной секретаршей.
— Я тут отсканировал фотографию и хочу послать ее вам по электронной почте. Вы не против, если мы прямо сейчас потратим на это две минуты? — спросил он, представившись собеседнику.
Антворскоу согласился и дал ему свой электронный адрес. Карл взялся за мышку и переслал файл.
Это была превосходная фотография Даниэля Хейла, отсканированная из полученной брошюры. Стройный светловолосый мужчина, явно высокого роста, загорелый и хорошо одетый, как было отмечено в столовой Риксдага, не производил впечатления отъявленного педика. Возможно, у него были и другие наклонности. «Он мог заинтересоваться и женщиной», — подумал Карл и представил себе этого человека — раздавленного и сгоревшего на шоссе в Каппелев.
— Да, сообщение пришло, — сказал Билле Антворскоу на другом конце провода. — Вот я открыл прикрепленный файл.
Затем последовала пауза.
— Ну и что вы хотите, чтобы я с этим сделал?
— Можете подтвердить, что здесь изображен Даниэль Хейл? Это он участвовал во встрече в Кристиансборге?
— Этот? Я никогда его раньше не видел.
26
2005 год
Когда ей исполнилось тридцать пять, в помещение снова хлынуло море света из люминесцентных ламп на потолке. Лица за стеклом исчезли.
На этот раз за армированным стеклом загорелись не все трубки.
«Однажды им придется войти, чтобы поменять лампочки, иначе в конце концов наступит вечная тьма, — подумала Мерета. — Они по–прежнему подсматривают за мной исподтишка и не захотят лишиться этой возможности. Когда–нибудь они зайдут сюда поменять трубки. Они снизят давление, ничего не сказав, и тут я их подстерегу».
В прошлый день рождения они опять увеличили давление, но ее это больше не волновало.