Она положит рядом с собой письмо, в котором завещает свое тело на донорские органы, и позвонит в «Скорую», истекая кровью. За какое время до окончательной потери сознания ей надо позвонить, чтобы прибывшие на место врачи все-таки не успели ее спасти? Вот вопрос.
Роза заперлась в квартире, возбужденная открывшейся возможностью и связанными с ней обязательствами, и взгляд ее упал на фразу, написанную на стене ее собственным почерком: «ТЕБЕ ТУТ НЕ МЕСТО!» Тебе тут не место. Эти слова словно ударили ее молотом по голове. Кто с кем разговаривал? Она проклинала отца или он проклинал ее?
Роза бросила дорожную сумку на пол и схватилась за горло. Какое-то давление изнутри выталкивало язык, притискивая его к нёбу, гортань сжималась. Приступ удушья был настолько ярко выраженным, что сердце стучало, как отбойный молоток, из последних сил стараясь обеспечить кислородом организм. Выпучив глаза, Роза огляделась и поняла, какой удар в спину ей нанесли. Кто-то надел на подсвечники новые манжеты, постелил чистые скатерти на столы, сложил тетради с ее заметками о расследованиях отдела «Q» в аккуратную стопку на комоде под зеркалом. Стулья были прилежно расставлены. Липкие жирные пятна отчищены со стереосистемы, со стен, с ковров.
Роза сжала кулаки и прерывисто задышала. Никто не имеет права вторгаться в чужой дом и распоряжаться, что там приемлемо, а что нет, как не имеет права и диктовать хозяину, каким образом он должен себя вести. Ее грязное белье, немытая посуда, мусор и бумажки, раскиданные по полу, как и излитое ею бессилие, – все это принадлежало ей, и только ей, и никого не должно было волновать.
И как же, скажите на милость, она теперь будет функционировать в этом стерильном и опороченном доме?
Роза отшатнулась от этого безобразия и бросилась на лестничную клетку, где перегнулась через перила и дала волю слезам."
"Когда ноги начали подкашиваться, она добралась до двери соседней квартиры. За годы, прожитые ею в этом доме, у нее установилась некая связь с соседкой-старушкой; не то чтобы дружба в полном смысле слова, а скорее привязанность, свойственная отношениям между матерью и дочкой, которая, в отличие от ее отношений с родной матерью, подразумевала некоторую степень доверительности и задушевности. Они уже давным-давно не общались, но в своем нынешнем состоянии Роза просто-напросто не могла не подойти к двери соседней квартиры и не нажать кнопку звонка.
Потеряв счет времени, она так и стояла перед запертой дверью до тех пор, пока по лестнице не поднялась другая соседка, которая направилась прямиком к Розе.
– Ты хочешь навестить фру Циммерманн?
Она кивнула.
– Я не знаю, где ты пропадала в последнее время, но мне придется с сожалением сообщить тебе, что Ригмор умерла. – Соседка немного помолчала.