— Тогда я включу таймер.
— Таймер, Лассе? Но с таймером сопла откроются только через двадцать минут. Нельзя ли сделать это как–то иначе? Она перерезала себе вены. Нельзя ли остановить вентилятор?
Таймер? Разве они не говорили, что могут сбросить давление в любой момент, как только пожелают. Что она не успеет ничего над собой сделать, прежде чем они полностью откроют трубы? Так значит, они солгали?
Мерета чувствовала, что она на грани истерики.
«Держи себя в руках! — пронеслось у нее в голове. — Следи за своей реакцией, не уходи в себя!»
— Что толку останавливать вентилятор? — с досадой возразил Лассе. — Ее проветривали только вчера, ей теперь хватит воздуха на целую неделю. Нет, я все–таки включу таймер.
— Ну что, Лассе, никак у вас возникли проблемы? — крикнула Мерета. — Не срабатывает ваша дрянная машина?
Он сделал вид, будто ему просто смешны ее слова, однако эта уловка не смогла обмануть Мерету: она отчетливо слышала, что ее издевка привела его в ярость."
"— Можешь не беспокоиться, — произнес он сдержанно. — Тут все сконструировано моим отцом. Эта испытательная барокамера — самая совершенная в мире. Здесь изготавливались самые лучшие в мире и самые надежные контейнеры. На большинстве таких предприятий в контейнеры закачивают воду и испытывают их на давление изнутри, а на папином заводе их проверяли и на внешнее давление. Учитывались все показатели. Таймер контролировал температуру и влажность в камере, учитывал все факторы для того, чтобы давление не выравнивалось чересчур быстро. Иначе в контейнерах при контроле качества обнаруживались трещины. Вот почему, Мерета, на это уходит определенное время. Только поэтому!
Да они же все тут помешанные!
— У вас действительно есть проблемы, — крикнула она. — Вы же сумасшедшие. Вы такие же обреченные, как я.
— Проблемы? Я тебе покажу проблемы! — закричал он злобно.
Она услышала за стеной какую–то возню, а затем быстро удаляющиеся шаги. Потом с другой стороны окна возникла тень, и из переговорной системы на Мерету обрушился оглушительный грохот. Цвет стекла снова изменился: оно побелело и сделалось совсем непрозрачным.
— Если только ты не расколошматишь все здание в порошок, Лассе, то я оставлю тут столько визитных карточек, что все вам никогда не удастся удалить. Вам не уйти от расплаты. — Мерета засмеялась. — Ни за что не уйти! Уж я постараюсь.
В следующую минуту она услышала еще шесть взрывов. Это были выстрелы из двух стволов разом. Но оба стекла выдержали.
Вскоре затем Мерета почувствовала давление в плечевом суставе: не очень сильное, но было неприятно. А еще в лобной пазухе, в носовых пазухах и в челюсти. Кожа натянулась.