Незаконное оружие? Ну как можно было додуматься до такой глупости!
— Ассад, мы находимся при исполнении служебных обязанностей. Ты понимаешь? Это совершенно недопустимо, так что отдай–ка его мне.
Та ловкость, с которой Ассад одним движением убрал лезвие, невольно наводила на серьезные размышления.
Карл взвесил нож на ладони, потом под неодобрительным взглядом помощника спрятал в карман куртки. Даже его добрый старый скаутский нож весил значительно меньше.
Большой ангар был возведен на бетонном основании, которое под действием воды и морозов уже пошло трещинами. Обветшавшие оконные проемы зияли пустотой, изготовленные из клееного дерева балки потолочного перекрытий тоже несли следы ветра и непогоды. Это громадное помещение стояло совершенно пустым, если не считать кучи железного хлама и полутора или двух десятков таких же бачков, какие Карл видел снаружи.
Он пнул один бачок — тот завертелся волчком, и в нос ударило вонью. Когда бачок остановился, вокруг на земле осталась полоса вонючей жижи. Карл всмотрелся: никак там виднеются остатки туалетной бумаги? Он покачал головой. Бачки стояли тут под открытым небом, иногда под дождем. В таких условиях по прошествии некоторого времени все, что угодно, начнет вонять.
Он взглянул на днище пластикового бачка и узнал выдавленный на нем логотип пароходства «Меркони». Наверное, в этих ведрах привозили сюда излишки пищевых продуктов.
Вытащив из кучи железного лома солидный кусок арматуры, Карл вышел из помещения и, забрав с собой Ассада, направился к трем зданиям позади.
— Стой здесь, — сказал он и начал осматривать висячий замок, ключ от которого имелся якобы только у Лассе.
В прежней служебной машине находился целый набор всяких инструментов, с помощью которых открыть такую штуку было проще простого. Теперь же пришлось, стиснув зубы, выполнять черную работу.
— Позови меня, если заметишь что–то необычное, — велел Карл Ассаду и, используя железяку в качестве рычага, засунул ее в скобу замка.
Он не провозился и минуты, как к нему повернулся Ассад и спокойно взял у него из рук железяку.
«Ладно, чем бы дитя ни тешилось, пускай попробует», — подумал Карл.
Через секунду железная скоба бухнулась на землю к его ногам.
В следующее мгновение он, бдительно осматриваясь и в самой глубине души слегка ощущая собственную неполноценность, уже входил в помещение.
Внутри оно напоминало то, в котором жила Улла Йенсен, только вместо мебели посреди зала выстроился ряд разноцветных газовых баллонов для сварочного аппарата и метров на сто тянулись стальные стеллажи. У двери в самом дальнем углу лежали штабелем металлические пластины из нержавеющей стали. Больше ничего особенного не было видно. Карл присмотрелся к двери.