Карлссон, который живет на крыше (Пер. Л. Брауде и Н. Белякова) — читать онлайн бесплатно полностью

— Штучки должны находиться слева, а дрючки — справа, — объяснял Малышу Карлссон.

Рядом со всеми штучками-дрючками висели две красивые картины, которые любил рассматривать Малыш. Карлссон сам нарисовал их. На одной из них был изображен петух, и она называлась «Портрет очень одинокого красного петуха». На другой была изображена лиса, и картина называлась «Портрет моих кроликов».

Кроликов, ясное дело, там не было, но дело в том, что они, как объяснял Карлссон, были в брюхе у лисицы.

— Когда у меня будет время, я нарисую еще «Портрет зловредной маленькой овечки, которая не желает прыгать через изгородь», — заверил Малыша Карлссон.

Его рот был набит булочками."

"Но Малыш почти не слышал Карлссона, все звуки и ароматы этого летнего вечера переполнили его душу до краев, так что у него чуть не закружилась голова. Он ощущал запахи цветущих на Улице лип, он слышал далеко внизу стук каблуков по камням мостовой. Люди вышли из своих домов и прогуливались в этот прекрасный июньский вечер. И Малышу казалось, что стук этот звучит тоже как-то по-летнему. Из окружающих домов доносились голоса, ведь вечер был так тих и все было так явственно слышно. Люди болтали, и пели, и ругались, и кричали, и смеялись, и плакали, не зная, что наверху на крыше сидел мальчик и прислушивался ко всему почти как к чудесным звукам музыки.

«Нет, никто из них не знает, что я сижу здесь с Карлссоном и ем булочки; что мне так хорошо», — удовлетворенно думал Малыш. Из мансарды неподалеку от домика Карлссона донеслись какие-то ужасающие рев, вой и хохот.

— Слышишь? Это мои хулиганские мошенники, — сказал Карлссон.

— Какие еще… а, ты имеешь в виду Филле и Рулле? — поинтересовался Малыш.

— Да, других хулиганов я вроде бы не знаю, — ответил Карлссон.

Малыш тоже знал Филле и Рулле. Это были самые отпетые негодяи во всем Васастане, да к тому же еще вороватые, как сороки. Потому-то Карлссон и называл их хулиганскими мошенниками. Как-то раз год назад они вторглись в квартиру Свантессонов, чтобы совершить там кражу. Но тогда Карлссон, игравший в привидение, испугал их так, что они наверняка помнили об этом. Даже серебряной ложечки не удалось им стибрить тогда. Когда же Карлссон услыхал на этот раз, как горланят Филле и Рулле в своей мансарде, он поднялся и счистил с себя крошки от булочек.

— Думается, неплохо попугать их иногда, — сказал Карлссон, — не то они только и делают, что шляются и тибрят чужие вещи.

И он припустил бегом по крышам домов к мансарде. Малыш никогда не видел никого, кто бы бегал так быстро на таких коротеньких пухлых ножках. Кому угодно было бы трудно угнаться за Карлссоном, а Малыш ведь не очень-то привык бегать по крышам, но он изо всех сил помчался за Карлссоном.