Карт-Хадашт не должен быть разрушен! — читать онлайн бесплатно полностью

Но в других городах, а особенно у нас в Коринфе, мужчины этого никогда не сделают перед свободными женщинами. Именно поэтому на Олимпийских играх запрещено присутствовать зрительницам, кроме ипподрома, где состязаются одетыми. А женщина никогда не раздевается перед мужчинами, кроме мужа. Даже в Спарте. Но мне повезло. Меня увидел Ханно-Саккан из Хиппона, один из тех, кто торговал с моим отцом и оказался в Фаласарне. Он меня узнал и выкупил. Ему нужно было срочно возвращаться в Хиппон, но он пообещал взять меня с собой в Коринф и передать моему отцу, как только сам туда пойдет. Он и послал ему весточку, что я жива и здорова и скоро вернусь домой. Он был здесь… как это называется? Суффетом?

– Шофетом.

– Но началась война, и стало очень небезопасно путешествовать по морю. Они с женой заботились обо мне так, как будто я была их дочерью: своих детей им боги не послали. Но его убили при осаде города, а жену его изнасиловали римские солдаты, а затем перерезали ей горло… – И она зарыдала.

Я подождал, пока она успокоится и продолжит, все еще всхлипывая:

– После Танит – так звали супругу Ханно-Саккана – схватили меня и начали раздирать на мне одежду. Но в это самое время пришел другой человек, который тоже торговал с моим отцом, Карт-Якун из Карт-Хадашта. Отец как-то рассказывал матери, думая, что я не слышу, что он ко мне сватался, но отец ему отказал: мол, не хочу, чтобы моя дочь отбыла в ваши края. А теперь, увидев меня, он отослал солдат, показав им какую-то бляху, а мне сказал: «Видишь, как все повернулось? Ты здесь, в моей стране, куда твой отец не хотел тебя отпускать, и теперь ты принадлежишь мне». Он схватил меня и попытался меня… взять… а я укусила его за руку.

Я вспомнил, что у Карт-Якуна на руке был виден след укуса.

– Тогда он ударил меня в лицо, а когда я упала, начал меня душить. Больше я ничего не помню, пока не увидела тебя и не спросила, где я.

– Твоего обидчика мы накажем.

– А что будет со мной? Я же теперь… всего лишь имущество. Наверное, твое?

– Ты свободная женщина. Вот только тяжело тебя будет отправить в Коринф: сейчас у нас здесь война. Поедешь со мной, будешь жить у нас. Выкупа я за тебя никакого не возьму.

– А как тебя зовут? – спросила она в первый раз.

– Николаос, – зачем-то перевел я свое имя на греческий. – Или просто Никос.

– Никос… Спасибо тебе, Никос. А меня зовут Пенелопе.

– Как жену Одиссея?

– Ты знаешь «Одиссею»? – удивленно сказала она.

– Лишь в переводе, хотя я пытался читать немного «Илиаду» по-гречески. – И я начал цитировать самое начало этого великого произведения: Μῆνιν ἄειδε, θεά, Πηληιάδεω Ἀχιλλῆος οὐλομένην…[37]

– Произносишь ты все очень смешно, но текст правильный. А дальше?

– А дальше я уже не помню, – повесил я голову.

– Ничего, я тебе помогу, если захочешь.