Автор
Дебора Сент-Джеймс вздохнула, разглядывая свой счет с недовольством. Внезапно привычная проблема меланхолии исчезает вместе со столовыми ложками эспрессо и чашкой горячего молока с пенкой. Дебора чувствует, как атмосфера вокруг становится более ясной и открытою, словно шторы распахнулись на свет....
Настоящая женщина должна знать, что кого заводит и в каком месте. А ты как считаешь, Мэгги? — Пам с невинным видом посмотрела на подругу. — Тебе не кажется, что это важно?
Мэгги поджала ноги на индейский манер и ущипнула себя за ладонь. Не нужно ни в чем признаваться. Она знала, какую информацию выпытывает у нее Пам, и видела, что Джози тоже это знает, но никогда бы никому не позволила пролезть в ее жизнь и сама не собиралась ни к кому лезть.
Джози пришла к ней на выручку.
— Ты что-нибудь сказала? Я имею в виду, после того как их видела.
"Нет, Мэгги ничего не сказала, во всяком случае тогда. Когда же она наконец выпалила все, в пронзительном вопле гнева и самозащиты, реакция мамы была мгновенной — она дважды ударила ее по лицу. Причем очень сильно. А через секунду зарыдала, схватила дочь и прижала к себе так яростно, что у той перехватило дыхание. Мать впервые подняла на Мэгги руку. Но больше они об этом не говорили. «Это мои дела, дочка», — твердо заявила мама.
Хорошо, подумала Мэгги. А мои дела — мои.
На самом деле это было не так. Мама никогда бы такого не допустила. После их ссоры она целых две недели приносила ей каждое утро противный травяной чай и, стоя рядом, заставляла дочь выпить все до капли. На протесты Мэгги она заявила, что знает, как лучше. А на ее стоны, когда боль ползла по животу, говорила, что это скоро пройдет. И вытирала ее лоб прохладной, мягкой тканью.
…Мэгги всмотрелась в чернильные тени в своей спальне и снова сосредоточенно прислушалась, чтобы отличить звук шагов от ветра, играющего пластиковой бутылкой на гравии.
Прежде она никогда не боялась оставаться одной, но после их переезда в Ланкашир у нее появился страх, она боялась не только ночью, но и днем.
