Автор
Дебора Сент-Джеймс вздохнула, разглядывая свой счет с недовольством. Внезапно привычная проблема меланхолии исчезает вместе со столовыми ложками эспрессо и чашкой горячего молока с пенкой. Дебора чувствует, как атмосфера вокруг становится более ясной и открытою, словно шторы распахнулись на свет....
— Цикута, он же вех пятнистый, отличается от других представителей семейства зонтичных своим корнем, — объяснил Сент-Джеймс. — У дикого пастернака один стержневой корень. У веха пятнистого пышный корневой пучок.
— Но разве нельзя предположить, что именно у этого конкретного растения был только один корень?
— Это возможно, да. Как и дикий пастернак может иметь свою противоположность: два или три боковых отростка, что с точки зрения статистики маловероятно, Томми.
— И все-таки нельзя сбрасывать со счетов.
— Согласен.
— Наука, Саймон, — не мое поле. Выведи меня оттуда.
— Извиняюсь. Думаю, их можно назвать камерами. Они полые, с перегородками из сердцевинной ткани, проходящими поперек полости.
— И у дикого пастернака нет таких камер?
— И он не выделяет желтую маслянистую жидкость при надрезе стебля.
— Но зачем ей надрезать стебель? Тем более делать продольный разрез?
— Согласен, незачем. Эти мои доводы, конечно, сомнительны. Но как она могла удалить корень — пусть даже аномальный, единственный, — не разрезав каким-то образом корневище? Если просто отрезать корень от стебля, выступит это самое желтое масло.
— И ты полагаешь, этого достаточно, чтобы насторожить травницу? Не могла ли она отвлечься и не заметить? Может, была не одна, когда выкапывала этот корень.
— Все это версии. И их стоит рассмотреть, верно?
— Дай-ка я сейчас сделаю несколько телефонных звонков.
Ответы, которые он получил, подогрели его интерес. Поскольку отпуск на Корфу превратился в очередное обещание, которое жизнь не сдержала, он побросал в чемодан твидовую одежду, джинсы и свитера и положил его вместе с резиновыми сапогами, туристическими ботинками и анораком в багажник автомобиля.
Он проехал мимо карабкающихся в гору деревенских домов и на развилке трех дорог увидел отель. Самого Сент-Джеймса и Дебору Линли нашел в пабе.
Паб еще не открылся для вечерних посетителей. Железные бра на стенах с маленькими абажурами, украшенными кисточками, были погашены.
