Автор
Ведьмака-попанку забрал в свои коварные руки загадочная сила. Теперь наша героиня обладает невероятными способностями — чары, способные изменить всю ее жизнь. Проникнитесь дрожью от происходящего, когда обычную жизнь переплетается с неумолимой силой и приключениями в этой особенной вселенной.
И я подумала — а почему бы нам с вами не помочь друг другу? Вы сдадите нам первый этаж, а мы приведем его в порядок. И мои слуги, и я сама очень трудолюбивы. Я слышала, что когда-то у вас была чайная. Может быть, мы сумели бы вместе ее возродить?
Мне показалось, что на мгновение в его взгляде мелькнул интерес. Но лишь на мгновение, потому что уже через пару секунд он покачал головой.
— Прошлого не вернуть, мадемуазель. Того, что было, никогда уже не будет. Поэтому прошу простить меня, но я ничем не смогу вам помочь.
Я едва не расплакалась от досады. С чем я вернусь к Рут и Кипу? И где мы проведем эту ночь? Конечно, можно снять комнату в той же таверне, но на сколько нам хватит тех денег, что у нас оставались? На неделю? На две
— Если из-за вашего упрямства, месье, вас выселят из этого дома, и он перейдет в чужие руки, то кто знает, что здесь сделают новые хозяева. Возможно, тут откроют мясную лавку или магазин зеленщика.
Он вздрогнул от моих слов. Мне показалось это хорошим знаком.
— Мы выкрасим фасад здания в тот же цвет, который он имел при жизни вашей супруги! — сделала я еще одну попытку.
Он усмехнулся:
— Тогда он был фиалковым, мадемуазель! Жаннет считала, что именно такой цвет особенно подходит для чайной.
— Значит, он снова будет фиалковым! — воскликнула я. — У нас есть немного денег — их хватит на краску. А глину и песок, чтобы оштукатурить стены, мы привезем из-за города.
— Сколько человек в вашей семье, мадемуазель? — спросил он. — Учтите — я не люблю шум, и если вы станете мне докучать…
— Не станем! — заверила его я. — Помимо меня, еще двое слуг и маленькая, очень тихая и скромная девочка.
Он снова нахмурился:
— Дети не бывают тихими, сударыня. И слуги… Вы и их считаете своей семьей?
Я улыбнулась:
— У меня нет другой семьи, сударь.
— Почти все жилые помещения — на втором этаже, на который я вас не пущу. А на первом — большая кухня, торговый зал, подсобные помещения и всего три маленькие комнаты, в которых раньше жила прислуга.
— Нам будет этого достаточно, сударь! — сказала я, боясь поверить в то, что всё-таки смогла его уговорить.
— И первый этаж давно не убирался, — предупредил он. — Я не мог позволить себе держать слуг, а сам уже слишком стар, чтобы управляться с таким хозяйством.
— Ничего страшного, сударь! Мы не чураемся грязной работы. Можем ли мы заселиться прямо сегодня?
Он тяжко вздохнул, должно быть, уже пожалев о своем решении, но кивнул.
— Как вам будет угодно, мадемуазель. Я не стану закрывать входную дверь.
