Появившиеся в воздухе разноцветные пятна, переливаясь в такт музыке, превратились в человека лет сорока. Его небесного цвета с плывущими объемными облаками стильный костюм выглядел просто потрясающе. Злата и Кащей сначала досмотрели, как облако плавно перекочевало с воротника костюма на рукав и забралось внутрь, и только после этого перевели взгляд на самого гостя. Под метр восемьдесят, черноволосый, коротко постриженный плотного сложения человек, в котором угадывалась фигура атлета средней тяжести. Кащею он напомнил молодого Керка Пирра из книги, которую он читал немыслимое количество лет назад.
Гость перехватил их взгляды, и сам непроизвольно заинтересовался полетом костюмного облака. А когда оно залетело внутрь, дернул рукой, облачко вылетело из рукава в воздух обычным маленьким облачком и, не теряя времени, устремилось к уплывающим за горизонт большим облакам. Кащей, Злата и гость подняли головы и наблюдали за облачком до тех пор, пока оно не уменьшилось до размера булавочной головки и не растворилось в вечерней небесной синеве.
Гость снова проКащлялся. Кащей и Злата опустили головы и посмотрели на него изучающими взглядами.
Прошла долгая минута.
— Позвольте представиться! — не выдержав, прервал затянувшуюся паузу гость.
— Да сколько угодно! — разрешил Кащей. — Буду знать, каким именем пополнить бесконечный список тех, кого мне удалось пережить.
— Не выйдет, Кащей, — всё тем же приятным глубоким голосом ответил гость. Кащей скрестил руки на груди.
— Это почему, позвольте поинтересоваться?
Гость хитро улыбнулся:
— У меня самого есть такой список. Называется «Книга жизни». И я планирую завершить ее твоим именем, — гость перевел взгляд на девчушку. — И твоим именем, Злата. И Бабу-Ягу я тоже не оставлю без внимания!
Кащей выхватил меч-кладенец.
— Предупреждаю сразу, — строго сказал он, — если ты появился, чтобы нас убить, то еще посмотрим, кто кого!
Гость успокаивающе вытянул перед собой раскрытые ладони и полушепотом примирительно затараторил:
— Тихо-тихо-тихо! Я вовсе не за этим сюда явился!
— Неужели?! – ехидно заметил Кащей. — Напомнить твои собственные слова, прозвучавшие здесь только что?
— Я не в том смысле, что убить, а в другом!
— Я вижу здесь только один смысл! — Кащей приставил острие меча к груди гостя.
— Можно, я объясню?! – вежливо попросил тот, указательным пальцем дотрагиваясь до лезвия и убеждаясь, что оно не только выглядит острым, но и является таковым.
— Будь любезен! — разрешил Кащей, не сдвигая меч ни на миллиметр.
— Видишь ли, в чем дело. В моей книге имена появляются сами собой с самого рождения человека, так и было задумано, когда книга создавалась. Всё было хорошо до той поры, пока в ней не появилось твое имя.