Разрывные стрелы вонзались в деревья, в землю, и последовавшие за этим взрывы смели разбойников вместе с выдранным с корнем подлеском. Около двух десятков деревьев подлетели над лесом, задевая вырванными корнями верхушки оставшихся на месте собратьев, и повалились с приличным шумом, обильно ломая ветки и обрывая листья. Многие деревья опасно накренились, но устояли, а штук шесть превратились в развороченные и разорванные на две части остовы.
Стоявший на стреме разбойник подумал, что, раз началась такая пьянка, следом запрыгает целый лес, и дал стрекача, не мечтая больше ни о царевиче, ни о выкупе.
Кащей упал, как и рассчитывал, точно в центр муравейника. От столкновения во все стороны полетели листья, пыль и мелкие ветки. Муравейник превратился в бесформенную кучу и засыпал Кащея тонким слоем лесного мусора. Упорно пытавшего выбраться из-под ветки стрелка тоже запорошило с ног до головы, и он, расчихавшись, высказал личное мнение относительно свалившейся на него гадости громкими и несколько неприличными восклицаниями.
Кащей вскочил и помотал головой, вытряхивая из головы муравьиный мусор.
— Я убью тебя, я убью тебя! — как заведенный бубнил разбойник, продолжая чихать.
Кащею представился старый патефон с заезженной пластинкой, постоянно щелкавшей и повторявшей один и тот же момент.
Свистнула шпагоплеть, и исчихавшийся до изнеможения неудачливый стрелок замер, не пытаясь больше выбраться из-под ветки.
— Поздравляю, приятель! — сказал Кащей, выхватывая арбалет из его руки. — У тебя крепкая голова, так что сотрясение мозгов и искривление мозговой извилины тебе не грозит. Могу тебя обрадовать, приятель! Ты выиграл соревнование по выживаемости и получишь главный приз: поездку в старинный английский город Нокаут! Теперь встань — лежачим приз не выдается!
Он подцепил ветку носком сапога и с силой отбросил ее в сторону.
Разбойник кое-как поднялся на ноги, мрачный как сама смерть. Кащей подождал, пока он стряхнет с костюма налипшую грязь и словно невзначай выхватит нож из сапога. Звякнула тетива арбалета, и сбитый стрелой нож отлетел далеко в сторону, вонзившись в дерево по самую рукоятку. Кащей презрительно хмыкнул.
Теперь, когда у стрелка не осталось никакого оружия, кроме неполной коллекции собственных зубов, и он наконец-то понял, что принял Кащея за сбежавшего царевича по очень большому недоразумению, можно было поговорить на заинтересовавшую таки Кащея тему «Великая лесная битва, и кто за что стоит горой?».