— Вы на что надеялись, олухи? — саркастически бурчала Яга, давя на гашетку и стреляя уже практически не прицеливаясь.
Избушку шатало, Артема и Иванушку бросало из угла в угол, летали стулья, тарелки, предусмотрительно закрепленные в шкафу, звенели, а печка гудела, как стадо слонов. Озлобленные вампиры угрожающе кричали на весь лес, а нечаянные свидетели битвы забились по щелям и молчали в тряпочку от греха подальше.
Зарево пожара поднялось до небес, во многих деревнях и городках люди высыпали на улицу, разбуженные непонятным гулом. Они озадаченно озирались по сторонам и гадали, что это может быть, не ведая, что очень скоро сами окажутся в центре страшного бедствия.
Ярослав и Бабай умолкли и посмотрели на зарево.
— Похоже, Артем нашел Ягу, — предположил царевич.
— А эти дикие крики — ее доброжелательное приветствие… — добавил Бабай. — Это не ее голос, можешь мне поверить.
— И не его, — пожал плечами Ярослав. — Больше похоже на то, что… Неужели…
Он замолчал, не в силах договорить.
— …он увел большинство вампиров за собой, — закончил за него Бабай. Ярослав побледнел.
— Я пойду на выручку! — решил он. — Какого черта я его послушался?
— Не сходи с ума! Ты все равно не успеешь, что бы там ни случилось, — тихо ответил Бабай. — Ты придешь слишком поздно.
Ярослав закрыл глаза.
Лиса дернулась от страха и проснулась. Ближе к утру ей приснилась выросшая до небес ворона, отвратительно свистящая и изрыгающая огненные струи. Было жутко страшно, но остатки сыра разогнали кошмары и навеяли лучезарные воспоминания о вчерашней операции, так удачно проведенной на пару с ничего не подозревающими воробьями. А ведь что-то странное творится с ними в последнее время: то падают ни с того ни с сего, то носятся как угорелые по лесу. Из-за них пришлось ловушку забросить. А теперь там не то что желудей, дуба не найдешь. На собранную кучку желающих всегда хоть отбавляй — подошел и хряпай себе, пока не подавишься от жадности.
— Ну-ка, ну-ка! Так, так, так! Весела с утра лиса. Может, мы с лисой-красой Вместе поедим?
Лиса подскочила. Волк. Расцарапанный, как неизвестно что. Ухмыляется. Это подозрительно.
Волк зарычал и побежал прочь. Лису просто распирало от злости. Если б она могла покраснеть, то надолго превратилась бы в темно-вишневую. Остатки сыра встали ей поперек горла. Ворона, спрятавшаяся на всякий случай высоко на дереве, где ей было все прекрасно слышно и видно, зашлась в настоящей истерике. От ее каркающего смеха лиса была готова завертеться юлой от бешенства.
