Автор
Новый год не принес ни счастья, ни удачного события для Зволянского — его зам на службе Министра внутренних дел вызвался к нему ночью. Атмосфера в здании Департамента полна стресса и напряжения: каждый переживает за результат своих решений, неизвестно что ждет завтра.
Наверняка Дмитрий Сергеевич вызвал Сергея Юльевича и показал телеграмму Лыкова. Витте помнил сыщика и сообразил, что тот зря говорить не станет. Зять приехал, чтобы солгать тестю прямо в глаза. Витте обиделся и просил приятеля продолжить дознание.
Алексей Николаевич немедленно отбил ответную депешу. В ней он просил Зволянского сообщить все то же самое, но открытым текстом. Пусть киевские полицианты поймут: дознание продолжается.
И оно действительно продолжилось, да так, что Лыкова едва не убили.
Все началось с очередного совещания в кабинете Гуковского.
— Когда же вы это прекратите?
В сводке сообщалось о новом убийстве. Напротив бань Бугаева на Подоле течение выбросило труп неизвестного мужчины. О несчастном случае речь не шла: мужчина был заколот длинным и узким клинком. Били в спину сверху вниз, между ключицей и лопаткой.
Асланов помрачнел.
— Знакомый удар? — догадался Лыков.
— Увы. Это почерк Ефима Корбы.
— Но как можно так ударить?
— Если рост почти с сажень, то можно.
— И вы до сих пор не поймали эту орясину? Человека огромного роста за версту видать. Абсолютная примета.
Гуковский вступился за подчиненных:
— Легко вам поучать, Алексей Николаевич. Не вам их ловить. А тут хитрые злочинцы: в городе днем не бывают, да и ночью на освещенные улицы не суются. И что нам тогда с огромного роста?
— На что же тогда банда живет? — возразил питерец. — Если и днем и ночью из притона не выходит…
— Я не говорил, что не выходит, я говорил, что они осторожные.
— Расскажите про банду, — попросил Лыков Асланова. — Вы тогда упомянули, что вся троица два года в розыске. Как киевская полиция их ищет? И почему агентура не помогает?
Надзиратель хмыкнул:
— Помните мои слова про Ефима? Злой, очень злой. Самый опасный на сегодня во всем крае. В прошлый раз его арестовали по доносу известного вора Халимона, маза шайки, что квартировала на Константиновской улице.
