Автор
Новый год не принес ни счастья, ни удачного события для Зволянского — его зам на службе Министра внутренних дел вызвался к нему ночью. Атмосфера в здании Департамента полна стресса и напряжения: каждый переживает за результат своих решений, неизвестно что ждет завтра.
Не стал он рассказывать и о том, как вчера серьезная женщина увлеченно играла роль проститутки в гостях у незнакомого мужчины. Даже потребовала в номер гитару и спела цыганский романс. Порочным натурам так хочется иногда побыть порядочными — и наоборот…
На этом полицейские расстались. Алексей Николаевич вернулся в сыскное отделение и засел за журналы происшествий прошлых лет. Когда стукнуло три пополудни, отправился обедать. Он присмотрел симпатичный ресторанчик на Рейтарской, но войти не успел. У входа его окликнули:
— Господин Лыков!"
"Сыщик обернулся — и с трудом сохранил невозмутимость.
— Слушаю вас.
Незнакомец снял шляпу:
— У меня к вам письмо от Михаила Федоровича Меринга. Вот.
Лыков развернул бумагу. На бланке КАДО было написано косым почерком приглашение вместе отобедать, для того чтобы «объясниться и помириться».
— Что ж, помириться давно пора. Когда и где?
— Да прямо сейчас, ежели вам угодно. Я вот и экипаж арендовал. А после мы доставим вас, куда прикажете.
Молодой человек улыбался так располагающе, что отказать ему было трудно.
— Я как раз собирался перекусить, — сказал сыщик, оглядывая экипаж. Хорошая коляска, запряжена парой гнедых, кучер в пелерине. Тоже их человек? Скорее всего.
— Так и поедемте, — радостно предложил парень. — Дозвольте представиться: Степан Михайлович Племянников.
— Пожалуй… А где намечен обед?
— В Пуще-Водице, в летнем ресторане.
— Что так далеко? — удивился Лыков. — Туда ехать полдня.
— Зато тихо и вкусно, — улыбнулся посыльный. — Говорю же, мы отвезем вас обратно.
— Ну поехали.
Сыщик сел на заднюю скамейку, Племянников устроился напротив. Коляска тронулась.
Как они напугались, думал Алексей Николаевич, сохраняя беззаботный вид. Боятся, что я все узнаю.
Через Кирилловку и Куреневку коляска быстро катила на северо-запад. Сыщик хотел бы оглянуться, не едет ли кто за ними, но юноша не спускал с него глаз.
— Что же вы в посыльных? — заговорил с ним питерец.
