Они выглядели безупречно, будто успели сменить доспехи и амуницию после недавнего камнепада, устроенного для них бойцами Каспара.
Возможно, вначале они не собирались драться с уйгунами, но те восприняли появление пришельцев как вызов. Старший уйгун коротко выкрикнул команду, и всадники понеслись на невесть откуда взявшихся пришельцев."
"Первый доскакавший до них всадник и его лошадь были разрублены в одно мгновение, четыре меча действовали согласованно, как один. Потом они замелькали еще быстрее, в воздухе завертелись срубленные головы, руки, оброненные мечи и половинки рассеченных щитов. Пришельцы, столь умелые в бою, вели себя весьма странно — они не сходили с места, даже если рисковали быть смятыми скачущими всадниками. Когда такое происходило, они падали, но быстро поднимались, даже если им доставалось копытами.
Несколько раз, когда уйгуны дружно наваливались, Каспару казалось, что с четверкой пришельцев покончено, но они снова поднимались и опять начинали плести черными мечами свои смертельные кружева.
— Значит, эти демоны так и шли по нашему следу, — сказал Каспар, наблюдая за бойней. — Интересно, кто их послал?
— Мало ли у тебя врагов? — вопросом ответил Бертран.
Битва продолжалась. К уйгунам подошел небольшой резерв, и они продолжали атаковать. Один из четверки пришельцев падал чаще других и поднимался уже с трудом, а это означало, что уйгуны не зря несли такие страшные потери. Им удалось свалить еще одного и затоптать лошадьми, но он сумел подняться, и, хотя стоял как-то криво, на скорость его меча это никак не влияло — изувеченные им уйгуны продолжали валиться из седел.
Лишенные всадников лошади с жалобным ржанием носились по берегу.
— Ваша милость, может, самое время сбежать? — предложил Фундинул.
— Мысль хорошая, но, боюсь, нас заметят, да и уйгуны эти еще не последние в лесу, — сказал Каспар. — Давай подождем, пока не решится окончательно, кто одолеет, а там посмотрим, как поступить дальше.
От четверых пришельцев осталось трое, причем у одного не хватало руки. Судя по спокойному, отрешенному выражению лица, боли он не чувствовал.
Теперь эти трое стояли спинами друг к другу и рубили всякого уйгуна, который оказывался в пределах досягаемости. Попытка набросить на них арканы не увенчалась успехом, пришельцы рассекали их в полете.
Уцелевшие уйгуны решились на окончательный штурм и, сбившись в небольшую группу, с отчаянными криками ринулись в последнюю атаку. Всей своей массой они сшибли тройку пришельцев, и битва закипела на земле, уйгуны прыгали из седел и продолжали рубить. Но до конца со своей задачей они так и не справились, и семеро уцелевших вскочили на лошадей и умчались в лес, а среди изувеченных тел поднялись двое пришельцев, однорукого с ними уже не было.